Острый аппендицит и беременность
Сочетание аппендицита с беременностью, вернее, осложнение беременности аппендицитом является одним из самых сложных пограничных акушерско-хирургических вопросов, что неоднократно подчеркивалось А. Н. Бакулевым и другими специалистами.
Литература последних лет пестрит лишь разрозненными статьями по этому вопросу, и до недавних пор монография Н. А. Виноградова "Аппендицит и беременность", вышедшая более 60 лет назад, являлась единственным обобщающим трудом на эту тему.
В 1968 г. появилась монография Г. И. Иванова "Аппендицит у беременных", автор которой ранее опубликовал ряд статей на эту тему. Г. И. Иванов проанализировал более 400 литературных источников, собрал большой собственный материал (353 случая), провел ряд интересных экспериментальных исследований, изучил анатомические изменения при аппендиците у беременных на трупах. Все это позволило ему выработать обоснованную тактику ведения и лечения беременных с острым аппендицитом.
Еще до возникновения учения об аппендиците Местивер в 1759 г. описал это заболевание у беременной: он вскрыл подвздошный абсцесс у женщины на VIII месяце беременности, а затем выявил на секции (больная вскоре погибла от перитонита), что источником воспаления было прободение червеобразного отростка.
В 1848 г. Хоноку удалось спасти больную с аппендикулярным абсцессом, развившемся на VIII месяце беременности, правда беременность после операции прервалась. В 1861 г. Г. Шляхтингер изучил и проанализировал работу родильных отделений Петербурга и выделил аппендицит у беременных в качестве самостоятельного заболевания. Первые обобщения были сделаны на основании небольшого статистического материала. Одним из пионеров оперативного лечения аппендицита у беременных был Н. М. Ростовцев, который указал, что так называемый послеродовой тифлит является не вторичным процессом, возникшим как осложнение родов, а следствием аппендицита. К 1927 г. получил распространение взгляд о необходимости оперировать при сочетании аппендицита и беременности, не рассчитывая на самопроизвольное затихание процесса.
"Отрицаемое некоторыми влияние аппендицита на видимые физиологические функции, такие, как менструация и беременность, основано на недоразумении. Насколько, дурно влияет беременность на выраженный патологический процесс в червеобразном отростке, известно каждому практическому врачу. С другой стороны, факт резкого учащения обострения аппендицита при беременности делает вполне вероятным мнение, что часто в основе привычного аборта, преждевременных родов, послеродовых осложнений и даже некоторых болезней плода лежит патологическое состояние червеобразного отростка", — писал в 1928 г. Л. А. Розен.
Среди факторов, предрасполагающих к патологическим изменениям в червеобразном отростке при беременности, главная роль отводится смещению вверх и кнаружи слепой кишки и ее отростка увеличивающейся маткой и связанному со смещением повороту слепой кишки и отростка, перегибу, растяжению отростка, разрыву спаек. Известное значение, по-видимому, имеет застой содержимого в просвете отростка и нарушение кровообращения в его стенке, что способствует развитию инфекционных и деструктивных процессов, причем при беременности, как указывает В. А. Жмур, ограничению воспалительного процесса препятствует смещение вверх сальника и гиперемия, благоприятствующая распространению процесса по брюшине. Н. А. Виноградов считает, что к аппендициту при беременности предрасполагают гормональные изменения, вызывающие: разрыхление стромы, способствующее распространению воспалительного процесса; относительную недостаточность надпочечников и связанную с ней пониженную резистентность к инфекции; пониженную функцию печени, ретикуло-эндотелиальной системы; изменение кислотно-щелочного баланса; перегрузку кровообращения.
Кроме того, Н. А. Виноградов и В. А. Жмур подчеркивают весьма важный факт — склонность беременных к тромбозам, чем объясняется быстрое наступление прободения червеобразного отростка в последние месяцы беременности. Некоторые исследователи считают, что запор, свойственный беременности, тоже предрасполагает к возникновению аппендицита.
А.В. Галинин и М. А. Теребинская-Попова причиной обострения хронического аппендицита у беременных считают гиперемию тазовых органов. В то же время, В. Р. Брайцев и К. К. Скробанский полагают, что именно застойные явления тазовых органов, при беременности являются условием, препятствующим развитию аппендицита. Скамнакис считает, что благодаря хорошему крово- и лимфообращению легко объяснить быстрое прогрессирование воспалительного процесса при аппендиците у беременных.
Данные о децидуальной реакции в отростке при беременности еще не получили удовлетворительного толкования. Децидуальная реакция в червеобразном отростке, удаленном у беременной женщины, была случайно обнаружена в 1905 г. Хофбанером при гистологическом исследовании. Заключается эта реакция в том, что на серозном покрове червеобразного отростка появляются желтовато-красные узелки размером 0,1-0,3 см, которые могут встречаться и под серозным покровом. Состоят они из массы децидуальных клеток.
Тедеши и Ботта, изучив 90 червеобразных отростков, удаленных у беременных женщин, обнаружили децидуальную реакцию в 16,6% случаев. В то же время Б. Л. Строев и Б.Д. Гамашин нашли эту реакцию только в 2% отростков среди 50, удаленных попутно при кесаревом сечении.
Г. И. Иванов при гистологическом исследовании 36 червеобразных отростков, удаленных у беременных женщин, обнаружил децидуальную реакцию только у 3. В приводимых им случаях какой-либо зависимости между клинической картиной острого аппендицита и характером децидуальной реакции не было выявлено. Вопрос этот до сих пор остается неясным и, по-видимому, требует дальнейшего изучения. Расшифровка сущности, этой реакции, возможно, могла бы иметь значение в выяснении особенностей аппендицита у беременных.
Все указанные факторы не объясняют взаимосвязь аппендицита с беременностью, но наличие этой связи очевидно и очень демонстративно подтверждается случаями повторных приступов аппендицита при повторных беременностях, в то время как в остальные периоды жизни жалоб на боли в животе у этих больных не было.
В этой связи интересно наблюдение Туффера: у одной женщины во время трех беременностей была типичная картина острого аппендицита, а вне беременности приступы не повторялись.
Многие авторы подчеркивают, что во время беременности чаще возникает не первично острый аппендицит, а обострение хронического аппендицита, и подтверждают это положение весьма вескими доказательствами. Это обстоятельство не имеет большого практического значения и не отражается на тактике. Однако отметим, что, имея в виду склонность беременных к обострению аппендицита, надо стараться выявить этот момент в анамнезе с тем, чтобы учесть его при постановке диагноза, особенно в неясных случаях.
Частота сочетания аппендицита и беременности — величина довольно постоянная. Среди женщин, направляемых в стационар по поводу острого аппендицита, нормальная беременность определяется в 2-3% случаев.
Г. И. Иванов за 10 лет среди 28 907 беременных наблюдал 353 больных аппендицитом, что составило 1,22%. Больных хроническим аппендицитом было 218, острым — 135. Всего за 10 лет он наблюдал 9645 женщин с аппендицитом. Таким образом, на материале Г. И. Иванова, беременные с аппендицитом составили 3,6% от числа женщин, больных аппендицитом.
В поздние сроки беременности, предродовом периоде, родах и особенно послеродовом периоде аппендицит встречается гораздо реже, не чаще, чем в 0,1%.
С.Л. Машин и Д.И. Сибиряков, наблюдая большое число беременных, обнаружили острые заболевания брюшной полости, послужившие причиной операции, в 0,51%.
Н. А. Виноградов отмечает, что статистики хирургов и гинекологов расходятся потому, что женщины с аппендицитом в ранние сроки беременности попадают к хирургам и исчезают из поля зрения гинекологов.
Все исследователи, анализирующие материал по аппендициту у беременных, разбивают его на группы соответственно сроку беременности, при этом некоторые выделяют две группы (аппендицит в первой и во второй половине беременности), а другие — три группы (по триместрам беременности).
Гармандер в работах, опубликованных в течение 1932-1961 гг., собрал 2045 случаев аппендицита при беременности и 160 — во время родов. Его сборная статистика является, по-видимому, самой большой.
Н. А. Виноградову принадлежит первое в нашей стране обобщение значительного материала, касающегося аппендицита у беременных. Среди изученных им 5980 женщин с острым аппендицитом 128 (2,14%) были беременны, причем 114 случаев приходится на первую половину беременности, а 14 — на вторую; 106 беременных подверглись аппендэктомии, а 22 лечены консервативно. В 79 случаях диагностирован острый аппендицит, в 49 — хронический. Аборт и преждевременные роды зафиксированы в 26,5%, а материнская смертность — в 3,9% случаев, что по тем временам является хорошим результатом. Такой результат достигнут благодаря приверженности клиники, возглавляемой Н. Н. Петровым (в которой работал автор), к раннему хирургическому лечению аппендицита (по сводным статистикам того времени, материнская смертность составляла 40,2-50,7%, а гибель плода — 49,1-63,4%).
Большим опытом располагает Б. И. Ефимов, который наблюдал аппендицит у 174 беременных: 154 были оперированы, а 20 лечены консервативно в связи со стиханием явлений, отказом от операции или наличием инфильтрата; у 12 больных был обнаружен перитонит.
По данным Б. И. Ефимова, выкидыш наблюдался у 5,75% больных, причем знаменательно, что в 4,5% он осложнил хронический аппендицит. На основании этих данных автор полагает, что выкидыш не связан с аппендицитом, а либо носит привычный характер, либо имеет связь с операционной травмой.
В. И. Колесов в своей работе основывается на 124 наблюдениях над беременными с аппендицитом (в это число вошли 102 больные, подвергшиеся аппендэктомии). По его данным, ведущим симптомом на этом большом материале было внезапное начало заболевания (98,4%) и пальпаторная болезненность в правой подвздошной области (97,5%), но жалобы на самостоятельную боль предъявляли не все больные, а лишь 89,5%. Остальные симптомы аппендицита обнаруживались еще менее постоянно, чем у небеременных. Придерживаясь принципа ранней операции, применяя щадящую технику, массивную антибиотикотерапию, все меры профилактики перитонита, В. И. Колесов и его коллеги не потеряли ни одной будущей матери и лишь у 3,2% наблюдали нарушение беременности.
Хоффанн и Сузуки лечили по поводу аппендицита 126 беременных, причем гистологическим исследованием операционных препаратов в 43 случаях был установлен острый, а в 81 — хронический аппендицит. У половины больных, оперированных по поводу острого аппендицита, в прошлом были приступы. Эти авторы, как и Бассет, отрицают роль смещения слепой кишки маткой в возникновении аппендицита, так как, по их данным, совпадающим с показателями других исследователей, большинство случаев аппендицита приходится на первый триместр беременности, когда смещение отсутствует. Из детально разработанного материала Хоффманна и Сузуки, статистически проанализировавших симптоматологию аппендицита у беременных, явствует, что в 75% случаев заболевание проявлялось типично, особенно в ранние сроки, а в поздние сроки чаще наблюдалась стертая клиническая картина, связанная со смещением слепой кишки. По данным Хоффманна и Сузуки, в больнице и после выписки гибель плода наблюдалась в 20,4%, в том числе в 11,1% при локализованном процессе в червеобразном отростке и в 35,2% — при перитоните. В их материале имеется 1 случай материнской смерти, когда прободной аппендицит у 19-летней женщины с беременностью 7 месяцев был принят за пиелит и операция не была произведена.
Лопатецкий с соавторами описали 8 случаев (0,042%) острого аппендицита среди 17 933 беременных. У 7 женщин аппендэктомия прошла без осложнений, и они выписались в среднем через 9 дней. Одна больная, которой пришлось на VIII месяце беременности сделать кесарево сечение, погибла от перитонита. Расковиц наблюдал 3 случая аппендицита во время родов (на 17 807 родов), они протекали очень тяжело (одна женщина погибла).
Паркер представивший материал Бирмингамского акушерского госпиталя, отмечает явную разницу исходов у больных, подвергшихся, ранней аппендэктомии, и теми, у которых с операцией по поводу острого аппендицита выжидали 48 и более часов. После ранней операции выздоровление обычно шло гладко, а после поздней чаще наблюдались перитониты и илеус. Выжидать с операцией до полного подтверждения диагноза Бриджи считает нецелесообразным, отмечая, что аппендэктомия, при которой у беременной находят неизмененный червеобразный отросток, не приводит к преждевременному прерыванию беременности.
В то же время Г. И. Иванов, изучая отдаленные результаты оперативного лечения острого и хронического аппендицита у беременных, выявил, что в 5,66 и 11,23% (соответственно) случаев в разные сроки после выписки возникают выкидыши и преждевременные роды. Основываясь на этих наблюдениях, Г. И. Иванов настойчиво призывает к тщательному врачебному контролю за беременными, оперированными по поводу аппендицита. Среди доставленных в нашу, больницу женщин с диагнозом "острый аппендицит" беременные составляли 3,6%; часть из них была отпущена без операции. Больных, которых мы не оперировали, можно разделить на две группы: первая — женщины, у которых диагноз аппендицита не подтвердился, вторая — лица со стихающим приступом, которые планировали в ближайшее время подвергнуться медицинскому аборту и, как правило, отказывались от операции в связи с боязнью пропустить срок, позволяющий произвести аборт. В последующем ряд этих больных подверглись плановой операции по поводу хронического аппендицита.
Экстренная операция произведена у 93 беременных, из которых у 75 была беременность до 3 месяцев, у 14 — от 3 до 6 месяцев, у 3 — третий триместр беременности. Одна больная оперирована в предродовом периоде. Лишь в одном случае у больной с беременностью 5 месяцев после операции по поводу флегмонозного аппендицита возник угрожающий аборт и ее перевели в гинекологическое отделение, где удалось сохранить, беременность. Наши данные совпадают с материалами других авторов, которые выявили, что 3/4 случаев аппендицита при беременности приходится на первую половину беременности.
В первой половине беременности клиника аппендицита в основном такая же, как и при отсутствии беременности, но ее нередко маскирует обилие жалоб в ранние сроки беременности, среди которых боли в животе, запор, тошнота и рвота — не столь уж редкое явление. "Такое совпадение симптомов, свойственных беременности и аппендициту, делает в ряде случаев правильную оценку явлений чрезвычайно затруднительной. От женщины в первые месяцы беременности врач обычно слышит такое множество жалоб, что он, естественно, скорее готов их приписать именно беременности, а не каким-либо воспалительным заболеваниям. Поэтому данные анамнеза и объективного исследования, получаемые у беременных, требуют особо тщательного и глубокого анализа". Очень образно характеризует сочетание беременности и аппендицита В. М. Жмур. По его выражению, в этих случаях клиническая картина складывается из многоликой симптоматики острого аппендицита, испытывающей на себе влияние беременности, причем степень этого влияния зависит от сроков и течения беременности. Наиболее стерто острый аппендицит протекает в поздние сроки беременности. Среди диагностических признаков аппендицита у беременных ряд авторов ссылаются на характерную картину крови. Н. А. Виноградов и Мобиус считают, что лейкоцитоз свыше 12 000 превышает верхнюю границу физиологического лейкоцитоза при беременности, а при сдвиге влево и нейтрофилезе указывает на острый аппендицит. Однако на нашем материале анализ крови не помогал отличить аппендицит у беременных от пиелита. Томфорд и соавторы тоже утверждают, что аппендицит при беременности до III триместра не имеет ни клинических, ни лабораторных отличий.
Рихтер и Грабнер указывают, что нередко в хирургические и гинекологические отделения доставляют молодых женщин, у которых на фоне первой беременности выявляется синдром, по своей клинической картине весьма сходный с острым аппендицитом. Авторы называют этот синдром "ранней болезненной беременностью" (буквальный перевод). Исходя из того, что синдром этот проявляется в первом триместре беременности, целесообразно именовать его псевдоаппендикулярным синдромом первого триместра беременности Как указывают Рихтер и Грабнер, в большинстве работ, посвященных проблеме аппендицита при беременности, этот синдром не упоминается. В доступной нам литературе мы тоже больше не встретились с описанием этого синдрома, хотя подобные состояния при беременности упоминаются. Эти жалобы вводят в заблуждение хирургов и гинекологов, а иногда приводят к напрасным аппендэктомиям. По данным Рихтера и Грабнера в 2/3 случаев при ранней беременности производится напрасная аппендэктомия.
Псевдоаппендикулярный синдром первого триместра беременности характеризуется тянущими, колющими, иногда схваткообразными болями в нижних отделах живота, которые могут быть весьма интенсивными. Так как при беременности обычно имеет место аменорея, наблюдаемые в некоторых случаях незначительные кровотечения могут быть приняты ошибочно за очередную менструацию. Если при этом во время гинекологического обследования обнаруживают одностороннее увеличение придатков матки, их болезненность при смещениях шейки, небольшое защитное напряжение мышц брюшной стенки, естественно возникает подозрение на внематочную беременность и больную направляют в стационар. В большинстве случаев при обследовании такой больной в гинекологическом отделении и динамическом наблюдении за ней гинекологам удается отвергнуть диагноз внематочной беременности. Гораздо сложнее бывает в тех случаях, когда клиническая картина еще более близка к аппендициту. Появляются нарастающие боли в правой подвздошной области, тошнота, позывы на рвоту. При обследовании такой больной отмечается обложенный язык, небольшое напряжение мышц брюшной стенки в правой подвздошной области, слабо положительный симптом Ровзинга. Не удивительно, что при подобной клинической картине больных немедленно госпитализируют в хирургическое отделение с диагнозом острого аппендицита. К диагностической ошибке приводит то, что все перечисленные симптомы вполне могут иметь место и без беременности.
Многие врачи часто наблюдали проявление болезненных состояний в. начале беременности и рассматривали их как патологически протекающую беременность. Подобные состояния в первом триместре беременности расценивали как проявление гиперстимуляции яичников, обозначая их как "гиперлютеинизацию", сходную с влиянием фолликулостимулирующих препаратов. Если в таких случаях производят лапаротомию, то обнаруживают увеличение матки, набухшие, кистозные, отечные, частично окрашенные кровью яичники. По-видимому, и при ранней болезненной беременности и при гиперстимуляции яичников имеют место гормональные влияния. В этих случаях акушеры нередко принимают роды у пациентки, у которой в начале беременности, еще до ее установления, была произведена аппендэктомия и червеобразный отросток оказывался неизмененным.
Рихтер и Грабнер, изучив 586 историй болезни пациенток в возрасте 15-45 лет, оперированных по поводу острого аппендицита, приводят следующие интересные данные: у 7 пациенток оказалась внематочная и у 71 — маточная беременность. Так как истории болезни вели хирурги, с акушерской точки зрения записи в них не всегда можно было считать полноценными. Средний возраст пациенток — 24 года. К моменту операции у 7 больных был второй месяц беременности, у 7 — третий месяц и у 7 — свыше 3 месяцев ив 3 случаях — 5-7 месяцев беременности. Остальные случаи в разработку не вошли. Из 14 больных, оперированных в первом триместре беременности, лишь у двух был острый аппендицит. Что касается пациенток с подростковой беременностью, то данные по ним ничем не отличаются от среднестатистических.
Как известно, во время беременности симптомы острого аппендицита могут терять свое дифференциально-диагностическое значение. Может отсутствовать напряжение мышц, теряет свою ценность лейкоцитоз; рвота, вздутие кишечника, запор часто, к сожалению, ни о чем не говорят, так как являются спутниками нормальной беременности. Несмотря на все вышеизложенное, Кримчильд указывает, что если в анамнезе до беременности был приступ аппендицита и при беременности признаки аппендицита появились вновь, с операцией не следует затягивать. В то же время практика показывает, что хорошо собранный и тщательно проанализированный анамнез, методичное обследование больной, правильное толкование жалоб и данных объективного обследования позволяют во многих случаях правильно установить диагноз. Приведем наше наблюдение.
Больная К., 23 лет, поступила в хирургическое отделение Городской больницы № 18 с диагнозом острого аппендицита. Жалобы на боли в правой подвздошной области без ясной иррадиации, тошноту, позывы на рвоту, общую слабость. Заболела за 4 дня до поступления, когда появились нарастающие боли в правой подвздошной области, тошнота, рвота, задержка стула. В прошлом подобных приступов не было. Живет нормальной, половой жизнью, не предохраняется. Последние две менструации были более скудными, чем обычно. При обследовании состояние больной удовлетворительное. Кожа и видимые слизистые оболочки обычной окраски. Пульс не учащен, удовлетворительного наполнения. Тоны сердца чистые. Дыхание везикулярное. Артериальное давление 110/60 мм рт. ст. Язык чистый, влажный. Живот мягкий, болезненный при пальпации в нижнем отделе правой подвздошной области. Симптом Ровзинга слабо положительный. Симптом Щеткина-Блюмберга очень слабо выражен в нижних отделах живота. Соски пигментированы. Молочные железы несколько набухшие. Вагинальное исследование: слизистая оболочка половых путей несколько синюшна, вход во влагалище свободен, выделения молочного характера; шейка матки конической формы, смещения ее безболезненны, матка плотная, безболезненная, увеличена до 5-6 недель беременности. Диагноз: псевдоаппендикулярный синдром первого триместра беременности. В течение 4 дней больная наблюдалась в отделении. Никакая терапия ей не проводилась. Боли постепенно стихли, тошнота оставалась. Через 4 дня была выписана в удовлетворительном состоянии на амбулаторное наблюдение. В дальнейшем беременность протекала с незначительным токсикозом в первой половине и закончилась нормальными родами. Болевых приступов больше не было.
Жалобы больных при псевдоаппендикулярном синдроме первого триместра беременности весьма напоминают таковые при остром аппендиците. Из 24 пациенток, которых мы наблюдали, 19 жаловались на боли в, правой подвздошной области, тошноту, позывы на рвоту. У 5 больных боли локализовались в нижних отделах живота. Из анамнеза было ясно, что у 11 больных заболевание началось с тошноты и рвоты, у 13 — с болей. Внезапно боли начались у 6 больных и постепенно — у 18. У 3 пациенток боли начались по всему животу и локализовались в правой подвздошной области. Следует особо подчеркнуть, что у всех 24 пациенток боли нарастали незначительно и что госпитализированы эти женщины были не из дома или с работы, а с амбулаторных приемов, что говорит о сравнительно удовлетворительном самочувствии больных. У 8 пациенток был запор. У 4 больных отмечен однократный жидкий стул. Никто из пациенток сознания не терял. Не лишне напомнить, что, как правило, приходится иметь дело с молодыми женщинами, у которых беременность является первой. Поэтому при неделикатном расспросе можно получить неверные сведения, что повлечет за собой неверное толкование остальных данных.
У 22 наших пациенток беременность была первой. Две пациентки в прошлом подвергались искусственному прерыванию беременности. У 17 больных отмечалась аменорея, у 5 — менструации были крайне скудными и продолжительность их была меньше, чей обычно.
В хирургическом отделении Московской городской клинической больницы № 18 за 5 лет по поводу аппендицита оперировано 1433 женщины. Из них 52 (2,9%) имели беременность: у 37 был первый триместр ее, у 15 — второй. Пациенток с аппендицитом в третьем триместре беременности не было, так как они, по-видимому, в большинстве случаев поступают в гинекологические отделения. Всего за указанный период было доставлено с диагнозом острого, аппендицита 93 беременных. У 41 из них, т, е, почти у половины, диагноз аппендицита не подтвердился. У 17 оказалась внематочная беременность, а у 24 — псевдоаппендикулярный синдром первого триместра беременности. Из 52 подвергшихся аппендэктомии беременных у 39 был острый аппендицит, а у 13 — хронический. Деструктивных аппендицитов за указанный период у беременных не наблюдалось.
Все больные поступили в отделение в удовлетворительном состоянии. Ни у одной из них не было отмечено повышение температуры или увеличение числа лейкоцитов крови. Напряжение мышц брюшной стенки наблюдалось только у 2 женщин и было нерезко, выраженным. У 6 больных был намек на симптом Щеткина-Блюмберга; однако у всех 24 пациенток отмечался слабо выраженный симптом Ровзинга. У всех больных отмечены огрубение молочных желез и пигментации сосков. Влагалищное исследование было безболезненным во всех случаях и в 19 выявило увеличение матки соответственно сроку беременности.
Ввиду того что при "ранней болезненной беременности" данных для ошибочного диагноза аппендицита более чем достаточно, следует первостепенное значение придавать анамнезу.
Все наши пациентки с псевдоаппендикулярным синдромом первого триместра беременности не были оперированы. У 18 из них беременность закончилась срочными родами, у 6 произведен искусственный аборт.
Таким образом, в первом триместре беременности нередко встречается состояние, симптомы которого напоминают острый аппендицит, что может служить причиной диагностических ошибок и приводить к напрасным аппендэктомиям у беременных. Правильно собранный и верно истолкованный анамнез, внимательное обследование и наблюдение в стационаре, верная оценка лабораторных данных позволяют установить правильный диагноз и избежать напрасной аппендэктомии.
При подозрении на острый аппендицит у беременной надо прежде всего провести дифференциальную диагностику с правосторонним аднекситом и пиелитом. Об отличии аппендицита и аднексита мы рассказали в статье Острый аппендицит и воспалительные заболевания женской половой системы, здесь же укажем на ориентиры для отличия аппендицита от более, часто встречающегося, правостороннего пиелита. Пиелит часто сопровождается ознобом, высокой температурой, положительным: симптомом Пастернацкого, дизурическими явлениями, неоднократной рвотой. При пиелите боль возникает позже общих явлений, в то время как при остром аппендиците приступ начинается с боли. Однако ни этим признакам, ни однократному обнаружению в моче небольшого количества белка и лейкоцитов нельзя придавать абсолютного значения, если они наслаиваются на основные аппендикулярные симптомы — острое начало, локальную болезненность и мышечное напряжение брюшной стенки (в поздние сроки беременности напряжению брюшных мышц препятствует перерастяжение брюшных мышц увеличенной маткой). В таких случаях можно рекомендовать наблюдение максимум в течение 24 часов. Если за этот срок не удается отвергнуть диагноз аппендицита, больную следует оперировать. На время наблюдения надо назначить левомицетин, фурадонин, свечи с белладонной, повторно исследовать взятую катетером мочу. Ни в коем случае нельзя "выжидать" до развития перитонеальных явлений, когда создается угроза и для матери, и для плода. В пользу операции должны склонить любые признаки аппендицита, которым мы обычно не придаем решающего диагностического значения. "Смерть от аппендицита есть смерть от промедления", — замечают Девис и Миллер.
Л. Д. Заславский из 32 беременных с аппендицитом потерял одну больную 20 лет, у которой на фоне 17-недельной беременности развилось заболевание, расцененное как нефрит и оказавшееся прободным ретроцекальным аппендицитом, вызвавшим изменения мочи.
Приводим наше наблюдение, демонстрирующее сложность дифференциальной диагностики пиелита и аппендицита у беременных.
Больная Н., 24 лет доставлена с диагнозом острого аппендицита. Жалуется на головную боль, тошноту, несильные боли в правой подвздошно-поясничной области, учащенное мочеиспускание. Заболевание появилось на фоне недомогания, которое больная относила за счет беременности. В анамнезе — только детские инфекции. Объективно: общее состояние удовлетворительное. Пульс 80 ударов в минуту при температуре 37,5°. Тоны сердца ясные, дыхание везикулярное. Язык слегка обложен тонким белым налетом, влажен. Живот правильной формы, активен в дыхании, болезнен в правой пахово-подвздошной области, но без мышечного напряжения и раздражения брюшины. Симптом Воскресенского слабо положительный, симптомы Ровзинга, Ситковского отрицательные. Отчетливо положительный симптом Пастернацкого справа. Дно матки выстоит над лобком. Гинекологический анамнез неотягощенный. Больная направлена из женской консультации, где наблюдается по поводу нормальной беременности сроком 3 месяца. При поступлении количество лейкоцитов в крови 11 200. В моче 0,06% белка, лейкоцитов 15-35 в поле зрения, единичные гиалиновые цилиндры и эритроциты в препарате. В связи с отсутствием выраженных аппендикулярных признаков было решено наблюдать больную с предположительным диагнозом "пиелит беременных". Назначили теплую ванну, синтомицин 0,5 г каждые 4 часа, свечи с белладонной, настой медвежьего ушка. Через 12 часов, несмотря на субъективное улучшение, выражающееся в стихании болей и уменьшении дизурических явлений, оставалась определенная локальная болезненность в правом нижнем квадранте живота; симптомы Воскресенского и Пастернацкого по-прежнему положительные. Повторно в анализе мочи те же данные. Температура 37,6°, лейкоцитов 11 400.
Так как нельзя было исключить острый аппендицит, решено было оперировать больную. Под местной анестезией из косого разреза в правой подвздошной области был удален ретроцекально расположенный червеобразный отросток, колбовидно расширенный на верхушке и покрытый фибрином. Брюшная полость зашита после введения антибиотиков. Спустя 11 дней гладкого течения больная была выписана. На 3-й день после операции анализ мочи без патологии, на 7-й день и перед выпиской — то же. Гистологическое исследование: флегмонозный аппендицит.
У этой больной в течение 12 часов диагноз колебался между аппендицитом и пиелитом. Местные признаки аппендицита — локальная болезненность, положительный симптом Воскресенского — позволили поставить правильный диагноз, который был затруднен в связи с дизурическими явлениями, положительным симптомом Пастернацкого и изменениями мочи. Обнаруженный на операции ретроцекальный аппендицит объяснил клиническую картину заболевания.
По данным Н. А. Виноградова, смертность от аппендицита беременных в 10 раз выше, чем небеременных женщин. Единственный путь улучшению результатов — ранняя операция. Поэтому при стихшем остром аппендиците у беременной следует обязательно провести операцию в ближайшее время, не откладывая ее надолго, иначе очень велик риск, что у больной в поздние сроки беременности повторится приступ, который будет представлять уже серьезную угрозу и для плода, и для матери. В этом отношении поучительно наблюдение Н. А. Виноградова.
Женщина 32 лет была доставлена через 3 дня после начала заболевания с жалобами на нерезкие боли в правой подвздошной области, тошноту, повышенную температуру. Подобный приступ был 7 лет назад. Имеется вторая беременность сроком 3 месяца, протекающая нормально. Первая беременность прошла нормально и закончилась родами 9 лет назад. Диагностирован подострый аппендицит. Больная от операции отказалась и после длительного консервативного лечения (26 дней) была выписана. На V месяце — диффузный перитонит, выкидыш, смерть на 10-е сутки после аппендэктомии.
Одно из наших наблюдений достаточно демонстративно.
Больная Г., 21 года, доставлена с диагнозом острого аппендицита на 2-е сутки после начала болей в животе. Боли начались остро, в подложечной области, а затем, приняв тупой характер, переместились в правый нижний квадрант живота. В прошлом подобных приступов, на было, но в течение 3 недель больная ощущала недомогание, тошноту, сонливость и слабые тянущие боли над лобком, которые она связывала с беременностью. Анамнез не отягощенный. Объективно: состояние удовлетворительное, лицо розовое, язык влажный. Пульс 80 ударов в минуту, ритмичный, температура 37,2°. Со стороны органов грудной клетки патологии не обнаружено. Живот правильной формы, мышечное напряжение и раздражение брюшины не. определяются. Симптомы Воскресенского, Ровзинга, Ситковского положительные. Вагинальное исследование не проводилось, так как больная накануне осмотрена гинекологом, установившим нормальную 6-недельную беременность.
Правая стенка прямой кишки слегка болезненна при ощупывании. Количество лейкоцитов в крови 9200, анализ мочи без патологии. От предложенной операции по поводу острого аппендицита больная отказалась, так как боли стихли и она намеревалась подвергнуться медицинскому аборту. Спустя 2 дня по настоянию больной ее выписали, несмотря на то что у нее оставалась локальная чувствительность, и ей повторно предлагали операцию. Через 3 месяца эта больная была доставлена с картиной деструктивного аппендицита, осложнившего беременность сроком около 5 месяцев. Выписавшись первый раз из больницы, она решила оставить беременность, которая, однако, протекала с несильными болями в правой половине живота. За 6 часов до повторной госпитализации боли стали очень сильными. Через 2 часа после поступления под местной анестезией из косо-переменного разреза по Волковичу-Дьяконову была проведена аппендэктомия. Удаленный отросток оказался флегмонозно измененным. После введения антибиотиков рана была зашита наглухо и послеоперационный период прошел гладко (больная получала антибиотики, прогестерон, витамин Е). Выписана на 13-й день после операции.
Поучительно наблюдение Бурвелла и Брукса.
У молодой женщины на 31-й неделе беременности возник приступ острого аппендицита, леченный консервативно (антибиотики) и стихший в течение 3 дней. Больная доносила беременность и нормально родила. Через год, на 17-й неделе второй беременности, приступ повторился, больная была оперирована по поводу гнойного аппендицита. В последующем беременность развивалась нормально, и больная в срок родила второго ребенка.
Авторы этой работы вполне удовлетворены своей тактикой и считают вторую операцию своевременной и даже профилактической, с чем мы, конечно, никак не можем согласиться.
Учитывая, что при аппендиците с увеличением срока беременности резко возрастает угроза для матери и плода, следует пресечь порочную практику, когда беременную со стихшим приступом аппендицита выписывают без операции. Надо использовать все меры убеждения и настоять на плановой операции. В тех случаях, когда хирурги отказываются от операции в связи с инфильтратом, следует принять к руководству рекомендацию А. Л. Каплана — держать таких больных в стационаре до рассасывания инфильтрата и выписывать только после аппендэктомии.
Такую тактику З. И. Колесов рекомендует во всех случаях инфильтрата, но естественно, что в первую очередь ее надо распространить на беременных.
В поздние сроки беременности диагностика затруднена нетипичной локализацией боли, отсутствием мышечного напряжения, на которое не способна брюшная стенка, перерастянутая увеличенной маткой. Кроме того, спровоцированные воспалением брюшины или экссудатом сокращения матки маскируют первичную патологию, которая проходит под знаком отслойки плаценты, угрожающего выкидыша и т. п.
После родов аппендицит чаще принимают за воспалительный процесс в гениталиях.
Своеобразное течение острого аппендицита при больших сроках беременности, а также целесообразность консервативного отношения к беременности весьма демонстративно проявились в другом наблюдении Бурвелла и Брукса.
У женщины на 36-й неделе третьей беременности внезапно возникли острые боли в. животе, влагалищное кровотечение. Было заподозрено предлежание последа, но так как вскоре боли и кровотечение прошли, больная через 2 дня была выписана. Через 4 дня вновь возникли боли, сопровождавшиеся небольшим влагалищным кровотечением. Из-за того, что нельзя было окончательно дифференцировать острый аппендицит и предлежание последа, было предпринято чревосечение, при котором обнаружен гангренозный ретроцекальный аппендицит, причем удаление отростка представляло технические трудности. Аппендэктомия была закончена глухим швом раны, никаких вмешательств по поводу беременности не предпринималось, хотя маточное кровотечение продолжалось. Послеоперационный период осложнился расширением желудка, по поводу чего проводилось отсасывание его содержимого. Через 2 суток после операции родился живой ребенок. На 7-й день наступила частичная, эвентрация, после устранения которой через 3 недели больная выписалась.
Во второй половине беременности преждевременные роды ухудшают течение аппендицита следующим образом: сокращение матки во время родовых потуг, может вызвать разрыв образовавшихся сращений и открыть путь инфекции в свободную брюшную полость, т. е. привести к перитониту. Кроме того, во второй половине беременности увеличенная матка закрывает вход в малый таз, препятствуя скоплению и осумкованию экссудата в дугласовом пространстве.
По старым статистикам, беременность, осложненная аппендицитом, заканчивалась выкидышем или преждевременными родами до 50-60%, по данным Н. А. Виноградова — в 26,5%. Современные данные гораздо благоприятнее. На большом материале Б. И. Ефимова выкидыши наблюдались в 5,75% при остром аппендиците и в 4,6% при хроническом. К. К. Введенский, А. А. Козбагаров, проследившие соответственно 40 и 52 больных, наблюдали по одному выкидышу каждый. В то же время Кинг и Андерсон в 1963 г., подытожив опыт городской больницы Лос-Анджелеса, охватывающий 36 наблюдений, установили, что у половины больных, оперированных в период второго — третьего триместра беременности, наступили преждевременные роды и половина из них родила в течение первых 4 дней после операции. Блэк проанализировал 373 наблюдения (в том числе 25 собственных), в которых материнская смертность составляет 4,6%, а детская — 17% (в третьем триместре 20%). Бассет сообщает о 10 выкидышах среди 59 больных аппендицитом.
По сравнению со всеми больными с острым аппендицитом беременные госпитализируются с некоторым запозданием, так как появление болей сами женщины чаще относят к расстройствам желудочно-кишечного тракта, воспалению придатков и поэтому не сразу обращаются к врачу.
При больших сроках беременности аппендицит еще 15 лет назад давал плохой прогноз. Так, Паркер, наблюдавший аппендицит при больших сроках беременности (29-37 недель) у 6 женщин, зафиксировал в одном случае гибель матери и в трех — гибель плода. По его данным, смертность от аппендицита в поздние сроки беременности в 10 раз выше, чем при беременности малых сроков. З. Ф. Дробеня и соавторы отмечают, что в поздние сроки беременности и в постнатальном периоде аппендицит протекает тяжело вследствие быстрой деструкции отростка.
Кинг и Андерсон ставят в прямую связь исходы острого аппендицита для матери и ребенка от сроков операции: среди оперированных в первые 8 часов от момента поступления не было смертельных исходов, а случаев осложнений было вдвое меньше, чем среди оперированных в более поздние сроки. При запоздалой операции гибель плода достигла 17%.
Флайдерер указывает, что смертельные исходы при аппендиците в родах стоят в тесной зависимости от сроков беременности: материнская смертность до IX месяца составляет 2,8%, после IX месяца — 30%. Аппендэктомия с последующим естественным течением родов или, кесаревым сечением снижает материнскую смертность, но детская смертность остается высокой.
Мы не нашли в литературе ясного объяснения связи аппендицита матери с рождением неполноценного ребенка, а обнаружили лишь отдельные указания на возможность инфицирования плода. Так, Ринар при приступе аппендицита у матери выявил в пуповине кишечную палочку.
Лечение аппендицита у беременных включает две проблемы: хирургическую и акушерскую. В настоящее время все хирурги стоят на позиции, что при первой половине беременности следует производить экстренную аппендэктомию и консервативно относиться к беременности.
Н. А. Виноградов считал, что местная анестезия при аппендиците у беременных противопоказана (так как она не полностью устраняет боли и, следовательно, не может предотвратить сокращения матки и выкидыш), и методом выбора признавал эфирный наркоз. Хоффманн и Сузуки пользовались наркозом в 81,4% случаев, спинномозговой анестезией — в 18,6%. Наши современные авторы еще недавно почти единодушно предпочитали местную анестезию, прибегая лишь в редких случаях к эфирному наркозу.
Г. И. Иванов подчеркивает, что одна местная анестезия при аппендэктомии у беременных не может полностью удовлетворить хирурга, а применяемые для ингаляционного наркоза средства также далеко не безразличны для матери и плода. Поэтому наиболее целесообразным он считает при аппендэктомии у беременных применение потенцированного обезболивания, которое включает психопрофилактическую подготовку и назначение комплексной терапии, направленной на сохранение беременности.
За 2 часа до операции вводят смесь, состоящую из 2 мл 2,5% раствора аминазина, 2 мл 2% раствора димедрола и 1 мл 0,5% раствора прогестерона. Внутрь дают поливитаминную микстуру. За 30 минут до операции подкожно вводят смесь, состоящую из 2 мл 2% раствора промедола и 1 мл 0,1% раствора атропина. Операция проводится под местной анестезией 0,25-0,5% раствором новокаина. По данной методике обезболивание Г. И. Ивановым проведено у 176 беременных с аппендицитом, в том числе у 49 — с беременностью сроком от 21 до 40 недель. Отдельных больных (по особым показаниям) Г. И. Иванов оперировал под наркозом (смесью закиси азота, или фторотана, с кислородом) с управляемым дыханием.
А. Л. Каплан, наоборот, считает, что местная анестезия показана лишь при неосложненном аппендиците в ранние сроки беременности. Во всех остальных случаях он рекомендует наркоз. Нам импонирует такая точка зрения, и мы все чаще прибегаем к наркозу при тех формах аппендицита, которые представляются технически сложными или требуют осушивания брюшной полости. В этом отношении очень убедительны доводы Мобиуса — сторонника интубационного наркоза при аппендиците у беременных. По его мнению, интубационный наркоз обеспечивает достаточное насыщение крови кислородом и тем самым предотвращает угрозу внутриутробной асфиксии плода.
Разноречиво мнение и об оперативном доступе. Н. А. Виноградов является сторонником косого разреза, который только в 2 из 106 операций потребовалось продлить. Школа И. И. Грекова считает, что до 3 месяцев беременности следует оперировать из разреза Волковича — Дьяконова, в более поздние сроки — из параректального.
К. К. Введенский, А. А. Козбагаров, Хуффманн и Вильсон рекомендуют параректальный разрез. Роулинг применяет параректальный разрез только при неточной дооперационной диагностике, а при явном аппендиците пользуется — косым разрезом. Н. И. Блинов и Г. А. Гомзяков, М. Ф. Богатырев, Б. И. Ефимов, А. И. Малинин, К. В. Бородина и Л. А. Збыковская рекомендуют косой разрез, локализующийся выше, чем обычный, причем чем больше срок беременности, тем шире должен быть доступ. Тем не менее Смит, работающий в Рузвельтовском госпитале Нью-Йорка, где Мак Берней впервые произвел косой разрез, считает этот разрез негодным при аппендиците, осложнившем беременность.
И. И. Яковлев считает, что в первой половине беременности при аппендэктомиях показана нижняя срединная лапаротомия. Р. А. Генкин предпочитает парамедиальный разрез.
А. Л. Пханидзе, Е. Л. Вовченко, Е. М. Костюченко высказывают мнение, что выбор операционного доступа у беременных принципиального значения не имеет. С этим не соглашается Г. И. Иванов. Он предлагает при беременности до 20 недель применять обычный косо-переменный разрез, с 21 до 32 недель — полупоперечный разрез, производимый по кожной складке на 3-4 см выше передней верхней ости подвздошной кости. Во второй половине беременности Г. И. Иванов применял этот доступ у 48 пациенток и ни разу не наблюдал послеоперационных грыж. При беременности 38-40 недель он рекомендует поперечный разрез, идущий медиально и несколько кверху и располагающийся на 4-5 см ниже правого подреберья.
Мы пользуемся в большинстве случаев косым или косо-параректальным разрезом (72 случая), проецируемым соответственно зоне наибольшей болезненности, — так называемый "мигрирующий" косой разрез. Срединная лапаротомия в нашем материале применена 1 раз, а 20 операций выполнены из параректального разреза. У нас создалось впечатление, что широкий косой разрез, выполненный под наркозом, при достаточном наклоне операционного стола влево и при привлечении второго помощника обеспечивает хороший доступ к отростку во всех случаях, но он, естественно, недостаточен, когда возникают показания к кесареву сечению. Очевидно, именно из этих соображений А. Л. Каплан рекомендует срединное чревосечение при аппендиците в случае больших сроков беременности или в родах.
Все авторы подчеркивают необходимость особо деликатной оперативной техники (для этого необходим второй помощник), строжайшей асептичности, нежелательности тампонады (с целью создания прочного рубца, столь важного для предстоящих родов).
Оперируя беременных, обязательно надо создать наклон операционного стола влево с тем, чтобы матка и Кишечник отклонились, открыв правую подвздошную область.
Среди деталей оперативной техники следует подчеркнуть обязательное ушивание апоневроза шелком для создания плотного рубца. В послеоперационном периоде живот должен быть стянут полотенцем, а как только больная начнет вставать, ей необходимо носить набрюшник.
В поздние сроки беременности при аппендиците операция также необходима, причем большинство авторов предоставляют беременность естественному течению, даже при перитоните, а некоторые считают методом выбора кесарево сечение в нижнем сегменте.
Когда возникает аппендицит при доношенной или при почти доношенной беременности, Расковик рекомендует аппендэктомию после кесарева сечения. А. Л. Каплан, А. А. Лебедев и Бассет советуют проводить кесарево сечение внебрюшинно, чтобы избежать инфицирования матки гноем.
Н. А. Виноградов считает, что опорожнять матку следует не при угрожающем аборте, а при аборте "в ходу". При диффузном перитоните в первой половине беременности, по его мнению, показана следующая последовательность вмешательств: чрезвлагалищное опорожнение матки, затем аппендэктомия и дренирование брюшной полости. При такой же ситуации в поздние сроки беременности показаны кесарево сечение и аппендэктомия. При развитии аппендицита в родах В. С. Петров и А. П. Бугаев предлагают сначала провести роды, а затем приступить к аппендэктомии. При аппендикулярном перитоните, развившемся в поздние сроки беременности, Бернард возражает против кесарева сечения и рекомендует опорожнять матку влагалищным путем. И. Л. Брауде считает показанным удаление матки при перитоните. Однако современные меры борьбы с перитонитом позволяют в большинстве случаев избежать вмешательства на матке и провести роды естественным путем.
Предоставляя беременность естественному течению, в ведение послеоперационного периода включают ряд мер, направленных на профилактику выкидыша: строгий постельный режим в течение 5 дней (причем этот срок удлиняется по мере увеличения сроков беременности), свечи с папаверином, промедол 3-4 раза в сутки в первые дни, прогестерон, улучшающий кровоснабжение матки и снижающий ее возбудимость, витамин Е.
С целью создания прочного рубца швы снимают постепенно на 10-12-й день. Как только больная начинает вставать, она надевает бандаж. Выписка разрешается не ранее чем через 2 недели после операции.
При беременности до третьего триместра операции проводятся в хирургических отделениях. В поздние сроки таких больных из родильных домов тоже обычно переводят в хирургические отделения, но, по-видимому, прав А. А. Козбагаров, возражающий против этого правила и предпочитающий оперировать в родильном доме. Мы считаем тоже, что целесообразно проводить операции в родильном доме с участием хирурга и акушера. Во всяком случае при передаче таких больных ни в коем случае нельзя допускать обезличку; акушер и хирург должны наблюдать больную совместно.
Учитывая серьезную угрозу аппендицита для матери и ребенка в поздние сроки беременности, надо стремиться шире оперировать больных с острым и хроническим аппендицитом в ранние сроки беременности. Нельзя согласиться с В. А. Жмуром, который, защищая идею ранней и срочной операции, все же полагает, что, когда явления проходят в течение ближайших часов и ставится под сомнение сам диагноз острого аппендицита, оперировать не следует. Эту мысль нужно уточнить, выделив как руководство к действию два совершенно определенных положения: 1) если диагноз аппендицита ясен, то операция показана, несмотря на быстрое стихание всех явлений; 2) если быстро стихшие симптомы не позволили уточнить диагноз, то больная подлежит наблюдению сначала в стационаре, а затем в амбулаторном порядке и далее, при выявлении признаков хронического аппендицита, ей показана операция.
Весьма показательную работу провел врач сельской больницы В. М. Грубник. В течение 8 лет диспансеризации подвергались все беременные. При болях в животе женщины обязательно осматривались хирургом. Из них 42 (2,2%) оперированы по поводу аппендицита, в том числе 11 — по поводу деструктивного. При этом не только материнской смертности, но и прерывания беременности не было, хотя 11 больных имели беременность сроком от 6 до 9 месяцев. Этот результат, оставивший позади данные наших и зарубежных столичных учреждений, лишний раз подтверждает ценность диспансерного метода, важность содружественной работы акушера-гинеколога и хирурга. Безусловно правильным является положение, четко сформулированное В. Р. Брайцевым в 1946 г.: "..при остром аппендиците у беременных ранняя операция является актом не только лечебным, профилактическим, но часто и решающим судьбу матери и плода".
H. А. Виноградов даже полагал, что следует проводить профилактическую аппендэктомию всем женщинам, перенесшим в прошлом приступ аппендицита, при вступлении их в брак.
Финские хирурги Найманен и Видхолм считают целесообразным профилактическое удаление червеобразного отростка у женщин при каждом чревосечении.
Ряд акушеров систематически производят аппендэктомию при кесаревом сечении. К 1954 г. Ларссон (США) собрала на материале небольшого круга специалистов 764 наблюдения и добавила к ним 20 собственных случаев. Знаменательно, что к плановой попутной аппендэктомии Ларссон побудили 2 казуистических случая из практики. Однажды она оперировала больную, которая в третий раз подвергалась кесареву сечению, и узнала, что при предыдущей операции ей удалили червеобразный отросток. После этого у одной из пациенток Ларссон через небольшой срок после кесарева сечения возник аппендицит. Сопоставив эти два наблюдения, Ларссон стала практиковать аппендэктомию при кесаревом сечении в тех случаях, когда больная находится в хорошем состоянии, операция идет без осложнений и отросток доступен. При соблюдении всех этих условий обычно не было осложнений, связанных с аппендэктомией. Средняя продолжительность пребывания в стационаре больных составила всего 6,7 дня.
В 1961 г. Чампион и Дуллиттлe опубликовали свои наблюдения, основанные на 277 аппендэктомиях при кесаревом сечении. Лишь в одном случае имело место нагноение раны, которое можно отнести за счет аппендэктомии, остальные осложнения (всего 5%) не имели отношения к аппендэктомии и число их не превышало таковое при кесаревом сечении без аппендэктомии. Характерно, что на всем этом материале острый аппендицит был прямым показанием к кесареву сечению лишь в 11 случаях.
Эту важную статью мы позволяем себе заключить выводами.
I. Сочетание аппендицита с беременностью поздних сроков представляет серьезную угрозу для жизни матери и ребенка.
2. При установленном аппендиците, даже при самой легкой форме и быстро стихшем приступе, показана операция, которая должна производиться из широкого разреза, максимально деликатно (обязательно со вторым помощником) и строго асептично.
3. Тампонада и дренирование допускаются только по строгим показаниям, а методом выбора является глухой шов раны.
4. После аппендэктомии обеспечивается строгий постельный режим, назначаются средства, подавляющие сокращение матки, и беременность предоставляется своему естественному дальнейшему течению. Искусственное прерывание беременности даже при перитоните следует считать ошибкой.
5. Если не удается сохранить беременность, то при небольших сроках матку опорожняют влагалищным путем, а при больших — методом выбора является кесарево сечение в нижнем сегменте.
6. Ранняя операция при остром и хроническом аппендиците в первом триместре беременности является профилактикой осложненного аппендицита в поздние сроки беременности и тем самым снижает угрозу жизни матери и ребенка.