Снижение способности к иммунному ответу
Следует различать неспецифические и антигеноспецифические эффекты. Для неспецифической иммуносупрессии клинические показания в целом отсутствуют. Обычно практическое значение иммуносупрессии связывают с десенсибилизацией, поскольку другие подходы к клиническому использованию пока не разработаны.
Способы воздействия на иммунную систему
1. Специфическое (иммунологическая толерантность) и феномен усиления.
А. Активное:
— с помощью антигена (превращение иммуногенеза в толероген): толерогенная доза (десенсибилизация); модификации, например, ферментативное расщепление, блокада иммуногенных детерминант формальдегидом (аллергоиды), связывание с неиммуногенным носителем;
— комбинированное использование антигена и цитостатиков с помощью гаптена
Б. Пассивное:
— с помощью антител к антигену (например, профилактика гемолитической болезни новорожденных, анти-D), или антиидиотипических антител.
2. Неспецифическое воздействие на иммунную систему (иммуносупрессия):
— цитостатики, облучение и кортикоиды;
— АЛГ;
— соединения с преимущественным действием на определенные иммунокомпетентные клетки (циклоспорин А, ингибиторы АДА, производные имидазола);
— хирургические меры;
— плазм- и лимфоплазмаферез.
Иммунологическая толерантность и подобные феномены. Механизм естественной иммунологической толерантности, как и способ индукции толерантности и феномен усиления, были описаны выше.
Активные механизмы. Снижение иммунного ответа предполагает применение определенных доз гаптена или антигена.
Соотношение иммуно- и толерогенных эффектов должно быть смещено в сторону толерантности, чего можно достичь путем подбора подходящих доз. На этом принципе основана и общепринятая десенсибилизация. Определенный интерес представляют новые методы, связанные с использованием модифицированных антигенов либо основанные на конъюгации гаптена с неиммуногенным носителем.
Другая возможность заключается в одновременном введении антигена и цитостатиков (элиминация Аг-специфических стимулированных иммунокомпетентных клеток). Первые успехи в эксперименте и клинике были достигнуты при трансплантации. Возможно также связывание радиоактивных изотопов или цитотоксических соединений на антигене, который накапливается в Аг-реактивных клетках.
Эффекты аппликации гаптенов уже были рассмотрены. С их помощью достигнуты определенные результаты при использовании ультрацентрифугатов гетерологичных сывороток или низкомолекулярных фракций аллергенов. Ингибирование гаптена, напротив, основано на временной блокаде эффекторных механизмов.
Пассивные механизмы предполагают использование соответствующих антител. Наиболее известным методом является анти-D-профилактика. Ссылки на регуляторное действие антиидиотипических антител позволяют надеяться на более широкое применение этого эффекта. Данное действие было подтверждено в эксперименте. В перспективе могут быть использованы и другие антигеноспецифические факторы. Ответственные механизмы сложны и своеобразны в каждом конкретном случае. Главные из них:
— элиминация специфических антигенореактивных клеток, иммунологическая,
— их функциональная активация через толерантность механизмы супрессии,
— суммарный эффект блокирующих факторов — феномен усиления.
Иммуносупрессия. В отличие от методов, описанных в разделе 13.2.1, механизмы иммуносупрессии оказывают общее цитотоксическое или цитостатическое действие, причем не только на иммунокомпетентные клетки (цитостатики, облучение). Влиянию подвергаются и определенные процессы, не обусловленные ответом на антиген. Особое положение занимает плазмаферез.
Возможности иммуносупрессии. Уже давно известно влияние облучения на жизнеспособность клетки. Долгое время этот эффект, как и цитостатики, использовали для лечения преимущественно опухолей, пока не было установлено, что лучевая терапия применима и в случаях иммунопролиферативных процессов.
Воздействие на функцию макрофагов. Опыты с коллоидами и токсичными веществами однозначных результатов не дали. Использование радиоактивных коллоидов в клинике пока невозможно, зато первые успехи были достигнуты при использовании антимакрофагальных сывороток. В эксперименте удалось установить, что они действуют так же, как АЛС. В случаях одновременного применения обеих сывороток наблюдали суммарный эффект. Функциональную способность макрофагов снижают также рентгеновские лучи и кортикостероиды.
Воздействие на индуктивную и пролиферативную фазы иммунного ответа. Центральную роль в иммунных реакциях играют специфическая индукция малых лимфоцитов (В- и Т-клеток), их превращение либо в плазматические клетки (синтез антител), либо в сенсибилизированные Т-лимфоциты. Предшественники эффекторных клеток особенно чувствительны к облучению. После контакта с антигеном повышается степень их резистентности, поэтому рентгеновские лучи эффективны тогда, когда их используют незадолго до его введения. Особую резистентность к облучению наблюдают при Т-клеточном типе сенсибилизации. Предшественники лимфоцитов- стволовые клетки человека и млекопитающих — довольно резистентны к действию кортикостероидов. Этим объясняется тот факт, что у названных видов не наблюдается однозначного иммуносупрессивного эффекта. Среди химических иммуносупрессантов, вероятно, только миелосан оказывает сильное токсическое действие на нестимулированные лимфоциты. АЛС влияет на ряд звеньев иммунных механизмов, а ее иммуносупрессивный эффект проявляется не всегда параллельно уменьшению количества лимфоцитов.
Все химические иммуносупрессанты цитотоксичны. Они неодинаково влияют на процессы обмена веществ и повреждают клетки вплоть до их цитолиза. Механизмы действия различны. Некоторые препараты оказывают воздействие сразу на несколько участков иммунной системы, они подавляют синтез ДНК, транспорт аминокислот и гликолиз. Актиномицин ингибирует прежде всего синтез мРНК, однако воздействует и на мРНК-независимый обмен глюкозы. Химические иммуносупрессанты влияют в первую очередь на фазу превращения малых лимфоцитов (индуктивная фаза). После этого этапа необходимо применять более высокие дозы. Оказывая выраженное влияние на клетки-супрессоры, циклофосфамид, а вероятно, и метотрексат могут при высоких дозах вызвать иммуностимуляцию.
Группа I. Входящие в нее соединения подавляют иммунный ответ, если их применять непосредственно перед введением антигена, если же их вводят после инъекции антигена, то эффект значительно снижается. Вероятно, они воздействуют на ранние стадии иммунного ответа — на процесс переработки, распознавания антигена и передачи информации. К этой группе относятся некоторые алкилирующие соединения (особенно миелосан), кортикоиды, митомицин С и прокарбазин.
Группа II. Эти соединения наиболее эффективны, если их применять через 1-2 дня после введения антигена. Они воздействуют на пролиферацию и дифференцировку клеток. Их введение до аппликации антигена может привести к усилению иммунного ответа. К этой группе относятся антагонисты пурина и пиримидина, фолиевой кислоты, алкалоиды барвинка, актиномицин и большинство алкилирующих соединений.
Группа III. Препараты этой группы эффективны как до введения антигена, так и после. Наиболее важными представителями являются циклофосфан, АЛГ, прокарбазин, производные иприта, митокломин и его аналоги, кроме того, ионизирующее излучение, L-аспарагиназа. У циклофосфана период максимального действия составляет 1-5 дней после введения антигена. Этот факт объясняется тем, что препарат реагирует с разными соединениями (нуклеиновыми кислотами, белками), поэтому его действие распространяется на весь цикл пролиферации.
Указанное разделение, хотя во многом и спорное, имеет определенное практическое значение. Для лечения аутоиммунных заболеваний подходят только препараты I и II группы, при пересадке костного мозга целесообразно использовать медикаменты I группы, так как они не влияют на трансплантируемые клетки. Все эти данные справедливы для первичного ответа, при вторичном иммунном ответе названные препараты действуют менее выражено, что объясняется наличием относительно резистентных клеток памяти. Некоторые медикаменты более эффективны, если их вводить повторно малыми дозами. Алкилирующие вещества и ионизирующее облучение целесообразней применять большими дозами, но с перерывами.
Воздействие на эффекторные механизмы. Эта группа иммунных ответов охватывает в основном неспецифические механизмы, ведущие к развитию аллергических реакций.
Усиление эффекта иммуносупрессантов возможно при определенных условиях. Выработка антител нередко увеличивается, если антиген вводят незадолго до либо сразу после применения препарата или ионизирующего облучения. Этот эффект наблюдают при использовании колхицина, антагонистов пурина, фолиевой кислоты, производных иприта, особенно четко он проявляется при введении малых доз антигена. Механизмы, обусловливающие такое действие, неоднородны, но решающую роль во всех случаях играет чувствительность клеток-супрессоров. Так как рассматриваемые эффекты могут быть важны для клиники, необходимо проводить детальный иммунологический контроль.
Методы иммуносупрессии. Применение медикаментов. Стимулированные антигеном иммунокомпетентные клетки характеризуются повышенной активностью обмена веществ, что напоминает состояние клеточной активности при новообразованиях. Цитостатики, используемые в противоопухолевой терапии, проявляют прежде всего ярко выраженные иммуносупрессорные свойства, что показано Schwartz на примере 6-меркаптопурина. Вслед за этим появилось большое число клинических и экспериментальных работ по применению разных антиметаболитов, а также препаратов с другими механизмами действия, важнейшие из которых будут представлены ниже с учетом их фармакологических и химических свойств.
1. Антиметаболиты имеют структуру, подобную физиологически важным соединениям (аминокислотам, нуклеотидным основаниям, витаминам), но не обладают их свойствами. Включаясь в обмен веществ, они обусловливают синтез соединений, не усваиваемых клеткой и блокирующих определенные реакции обмена веществ. Новые данные объясняют эффекты блокады механизмом обратной связи, когда образующийся продукт ингибирует ферменты на ранних стадиях реакции. Действие антиметаболитов можно усилить, используя соединения, ингибирующие определенные этапы одних и тех же (последовательная блокада) или разных (конкурирующая блокада) реакций клеточного метаболизма, что с терапевтической точки зрения представляет большой интерес.
2. Антагонисты пурина. Важнейшим представителем этой группы является 6-меркаптопурин. Будучи производным пурина, он встраивается в нуклеиновую кислоту вместо физиологичного пуринового основания и блокирует важные процессы обмена веществ. При воздействии на клетку препарат участвует в синтезе тиоионозиновой кислоты, которая блокирует дегидрогеназу инозидмонофосфатной кислоты и тем самым синтез АМФ и ГМФ. Эта реакция занимает ключевое положение в клеточном метаболизме, так как от нее зависит синтез РНК, ДНК и разных коферментов. Другое важное свойство 6-МП заключается в так называемой псевдоблокаде по принципу обратной связи, когда синтез пурина подавляется на начальных стадиях, поэтому антагонисты пурина целесообразно применять через 12-72 ч после введения антигена.
Среди многочисленных аналогов 6-МП наибольшее значение в клинике имеет азатиоприн. В этом соединении атом водорода сульфгидроксильной группы заменен на имидазольное кольцо. Это замещение приводит к значительному снижению окисления аналогов пурина и к продолжительному терапевтическому эффекту. Принципиальных различий при использовании эквимолекулярных доз выявить не удалось. При заболеваниях печени может происходить инактивация азатиоприна, что проявляется в снижении его эффективности.
В целом наиболее выражено подавление реакций клеточного иммунитета. Сильное воздействие на клетки-супрессоры может, как это ни парадоксально, привести к усилению иммунного ответа. Т-хелперные клетки к действию этих соединений довольно резистентны. Пик активности этих препаратов приходится на индуктивную фазу, при вторичном ответе возможно влияние только очень высоких доз. На фагоцитоз и макрофаги эти медикаменты не действуют. Азатиоприн и 6-МП наиболее часто используются в качестве иммуносупрессантов. Наряду с непосредственным иммуносупрессивным эффектом они оказывают противовоспалительное действие. Этим можно объяснить снижение клеточной инфильтрации при воспалительных процессах неиммунной природы. Основные показания к применению: системная красная волчанка, гломерулонефрит и трансплантация.
6-МП применяют в дозах 50 и 200 мг/сут (1,5-2 мг/кг). Дети с иммунной гемолитической анемией могут переносить относительно высокие дозы этого препарата, а пациенты с системной красной волчанкой довольно чувствительны к нему и должны получать не более 50 мг/сут. Стандартные дозы азатиоприна составляют 100-200 мг/сут, в особых случаях до 300 мг/сут. Азатиоприн переносится лучше других препаратов (более высокий терапевтический индекс), а также вызывает значительно меньше раздражений в желудочно-кишечном тракте.
3. Антагонисты пиримидина. Как и антагонисты пурина, они встраиваются в нуклеиновые кислоты и блокируют важные процессы, регулируемые уридилфосфорилазой (особенно синтез рибо- и дезоксирибонуклеотидов). Изученные соединения: 5-фторурацил, 5-фтордезоксиуридин, 5-бромдезоксиуридин — высоко токсичны и не имеют практического значения. Zytosin-Arabinosid отличается от нормального цитозина тем, что в качестве углевода содержит арабинозу. Антагонисты пиримидина действуют так же, как аналоги пурина, и максимальный эффект дают в том случае, когда их вводят после антигена (группа 2-я).
4. Антагонисты аминокислот. Включение аналогов аминокислот в процесс обмена веществ влечет за собой синтез высокотоксичных веществ. Они ингибируют биосинтез белков, снижая утилизацию глутамина. Иммуносупрессивный эффект усиливается при использовании этих препаратов вместе с антагонистами пурина. До сих пор при трансплантации применяли только Azaserin в сочетании с азатиоприном.
5. Антагонисты фолиевой кислоты. Эти препараты блокируют превращение фолиевой кислоты в тетрагидрофолиевую (фолиновую) путем подавления активности гидрофолатредуктазы. Фолиновая кислота необходима для трансметилирования и тем самым для синтеза de novo пуриновых и пиримидиновых оснований. Использовавшийся ранее аминоптерин в настоящее время заменен метотрексатом, обладающим более высоким терапевтическим индексом. Действие этого препарата существенно зависит от количества и частоты его введения. Суточные дозы 0,7 мг/кг в течение 7 дней ингибируют выработку антител, а то же количество при одноразовом приеме такого эффекта не дает. Метотрексат влияет в первую очередь на превращение стимулированных лимфоцитов в клетки-эффекторы. Фолиновая кислота является специфическим антагонистом этого соединения. Доказано, что при введении фолиновой кислоты с метотрексатом происходит снижение нежелательных побочных эффектов при сохранении иммуносупрессивного действия.
Метотрексат связывается сывороточным альбумином, поэтому его токсичность увеличивается при гипоальбуминемии или при одновременном использовании других медикаментов, конкурирующих за связь с альбумином. Влияние препарата на печень изучено недостаточно. Особую проблему представляет фиброз печени. При длительном применении метотрексата наблюдались случаи развития циррозов печени, поэтому до и во время его использования необходим постоянный врачебный контроль.
Стандартные дозы при длительной терапии составляют 2- 5 мг/сут, недельные дозы (распределяются на 4-5 дней) — 10- 15 мг, в исключительных случаях до 20 мг. Потеря аппетита и жалобы на нарушение функции желудочно-кишечного тракта — первый сигнал о передозировке. При внутривенном введении токсическое действие на слизистую оболочку желудочно-кишечного тракта менее выражено. Кратковременно можно применять значительно более высокие дозы, если затем цитотоксичное действие препарата купируется введением фолиевой кислоты. При переходе с внутривенного на пероральное введение необходим недельный интервал.
В случаях длительного введения антиметаболитов нередко развивается резистентность к ним. Вероятно, в клетках происходят реакции обмена веществ, частично компенсирующие блокирующее действие препаратов. Эти механизмы изучены пока недостаточно, поэтому при длительной терапии рекомендуется замена медикаментов.
6. Алкилирующие вещества. Они характеризуются тем, что реагируют с областями отрицательных зарядов в больших молекулах (нуклеофильные центры), связывая или замещая алкил-радикал в молекулах. Обычно они полифункциональны и могут связываться со многими центрами. Эти центры присутствуют практически во всех клеточных структурах, поэтому их действие не ограничивается только алкилированием. Особую роль играют реакции с фосфорными и сульфгидрильными, а также CN-концевыми группами гетерогенных систем. Изменения в нуклеиновых кислотах имеют функциональное значение. Алкиланты часто называют радиомиметиками, хотя это не совсем точное определение. Кроме того, эти препараты снижают активность ферментов, структурных белков и элементов клеточной мембраны. Вследствие этого алкилирующие соединения оказывают влияние на процесс пролиферации лимфоцитов. На В-клетки препараты действуют сильнее, чем на Т-лимфоциты, по крайней мере это справедливо для циклофосфана. Среди всех известных иммуносупрессантов алкиланты наиболее сильно подавляют продукцию IgM (ревматоидный артрит, аутоиммунные гемолитические анемии).
Несмотря на принципиально одинаковое действие, алкиланты состоят из различных функциональных групп. В N-ипритной группе активным элементом является этил. Разные радикалы обусловливают большую селективность действия.
В этилениминовых соединениях уже содержится кольцо. По своему действию они аналогичны производным иприта. Наиболее широко распространен ТЕМ. Это трифункциональное соединение действует сильнее, чем аналогичные бифункциональные.
Действие алкилсульфонов не выяснено, однозначных доказательств их реакции с нуклеиновыми кислотами пока не получено. Предполагают, что прежде всего они алкилируют тиогруппы (например, у цитидина). Они менее токсичны, чем производные N-ипритной группы, хотя еще не нашли широкого применения в качестве иммуносупрессивных препаратов. Наиболее известным представителем является бисульфан. Вероятно, на гемопоэтические клетки костного мозга он действует сильнее, чем на лимфоциты. В
Особенно сильное влияние алкилирующие соединения оказывают на лимфоидную ткань, вплоть до быстрого развития лимфопении. Гистологически обнаруживают некрозы зародышевых центров лимфатических узлов, уменьшение числа бластных клеток и структурные изменения.
Стандартная доза циклофосфана при длительном лечении составляет 2-3 мг/кг, а для кратковременной терапии можно назначать более высокие дозы как перорально, так и внутривенно. Широкое применение находит и хлорбутин (0,05-0,2 мг/кг/сут), при этом лечебный эффект можно наблюдать в случаях длительного курса (несколько недель) с постепенным снижением дозы. Имеются сообщения о терапии криоглобулинемии.
Показаниями к применению алкилирующих соединений, особенно циклофосфана, являются системная красная волчанка, ревматоидный артрит и аутоиммунные анемии.
7. Антибиотики. Эти препараты действуют на бактерии и грибы, влияя на синтез белков. Аналогичные эффекты выявляют и у особей с более высокой степенью организации. Наряду с этим у антибиотиков были обнаружены цитостатические и иммуносупрессивные свойства. По принципу действия иммуносупрессивные антибиотики представляют собой крайне гетерогенную группу, однако у них удалось обнаружить определенную селективность, что в будущем, после выяснения механизма их действия, может быть использовано для идентификации значения определенных процессов обмена веществ в иммунных реакциях. С химической точки зрения антибиотики могут быть простыми и сложными соединениями, например, актиномицин. До сих пор их применяют лишь при ограниченных показаниях, чаще всего в комбинации с другими иммуносупрессантами.
Puromyzin был выделен из Streptomyces allonoger. На уровне рибосом он действует на тРНК по принципу конкурентного ингибирования, что ведет к выработке неполных аминокислотных цепей. In vivo его использование ограничено, a in vitro он является эффективным ингибитором выработки антител.
Mitomycin выделен из Streptomyces caespitosus. По своему действию он подобен алкилирующим веществам. Препарат имеет аминохининовую структуру, общую для всех антибиотиков с противоопухолевой активностью. Высокая токсичность этого препарата ограничивает его применение в клинике.
Актиномицин получают из разных видов; Streptomyces. Наибольшую известность приобрели актиномицин С, D и F1 первые два препарата широко используются в клинике. Актиномицин D был получен из Str. parvulus, а С — из Str. chrysomallus. Новые исследования показали, что актиномицин D представляет собой наиболее чистое соединение. Биологические эффекты во многом сходны с таковыми алкилирующих веществ. Актиномицин связывается с остатками дезоксигуанозина и взаимодействует с РНК-трансферазой. В высоких концентрациях он ингибирует перенос мРНК из ядра в цитоплазму. В экспериментах эти препараты оказывают разное влияние: от ингибирования первичного ответа (прежде всего выработки IgG) путем подавления клеточного иммунитета до ослабления литического действия сенсибилизированных лимфоцитов. Актиномицин рекомендуется использовать при трансплантации, когда азатиоприн и кортикоиды не могут предотвратить криза отторжения.
Хлорамфеникол первоначально был получен из Streptomyces venezuelae. Он ингибирует синтез белков, препятствуя транспортировке аминокислот к рибосомам и инактивируя мРНК. Таким образом он угнетает как первичный, так и вторичный иммунный ответ. У пациентов, получавших дозу, равную 2 г, вторичная реакция на столбнячный токсоид ингибировалась наполовину, а у получавших 4 г — полностью. На Т-клеточный ответ этот препарат практически не влиял, однако еще нет достоверных клинических результатов. Вероятно, Thioamphenicol более эффективен.
Рубомицина гидрохлорид является цитостатическим антибиотиком, который по химической структуре относится к группе антрациклина. Он подавляет синтез ДНК, образуя с ней комплекс. Ему подобен Mithramyzin, ингибирующий ДНК-зависимую РНК-полимеразу, связывая ее с обогащенной гуанином ДНК.
8. Алкалоиды. Колхицин давно известен как ингибитор митоза. Вместо типичных веретен вырабатываются подобные структуры в результате реакции с микроканальцами. В анафазе хромосомы не могут разъединиться. Если клетка не гибнет, то вырабатываются мутанты. Колхицин оказывает влияние на синтез ДНК и РНК. Иммуносупрессивный эффект проявляется также в подавлении фагоцитоза.
Алкалоиды барвинка (vinca-алкалоиды). Антимитотический эффект дают розевин и винкристин, получаемые из Vinca rosea. Детально механизмы пока не изучены. Митоз останавливается на стадии метафазы. Описано также действие на синтез ДНК, гликолиз. Эти препараты могут выступать в качестве антагонистов глутаминовой кислоты. Винкристин более эффективен, однако и нейротоксичен. Proresid (диэтилгидрацид подофиллиновой кислоты) ингибирует редупликацию ДНК. Митоз прекращается в метафазе, кроме того, препарат оказывает неспецифическое противовоспалительное действие. Его с успехом применяют в клинике, особенно при ревматоидном артрите. Стандартная дневная доза составляет 800 мг.
9. Ферменты и ингибиторы ферментов. L-аспарагиназа — это фермент, вырабатываемый большинством микроорганизмов. В основном его получают из Е. coli и Erwina carotovora. Мол. м. 135 К. Самые чистые препараты содержат 360 Е/мг. Большинство клеток самостоятельно вырабатывает аспарагин, поэтому к действию L-аспарагиназы они нечувствительны. Предполагается, что этот фермент нарушает метаболизм аминокислоты аспарагина, необходимой лейкозным клеткам для их развития. Дефицит аспарагина влияет в первую очередь на клеточные мембраны. Ситуация in vivo осложняется соседствующими клетками, вырабатывающими эту аминокислоту. L-аспарагиназа подавляет переход из G0 в G1-фазу и тем самым трансформацию лимфоцитов под действием митогена ФГА или антигена. L-аспарагиназа влияет сильнее на реакции клеточного типа, чем гуморального.
Первые показания к применению были выработаны при аутоиммунных заболеваниях и трансплантации. Дозы составляют 100-1000 Е/кг/сут. Нередко наблюдают побочные эффекты, например, функциональные нарушения печени, ЦНС, почек и поджелудочной железы. Аллергические реакции развиваются в 5- 30% случаев.
2-DСР(2-деоксикоформицин) — это ингибитор аденозиндезаминазы (АДА). Его применение связано с наблюдениями за АДА-дефектами, которые в свою очередь приводят к тяжелому комбинированному иммунодефициту. Преимущество 2-DCF состоит в селективном связывании на АДА-лимфоцитах. В эксперименте доказано выраженное супрессивное действие прежде всего для Т-клеток. Клинический опыт показал возможность достижения лечебного эффекта при лимфолейкозе. У больных регистрируют высокую степень лимфопении.
10. Прочие препараты. Метилгидразин (прокарбазин) рекомендуют при болезни Ходжкина и хроническом лимфолейкозе. Наряду с цитостатическими свойствами наблюдают иммуносупрессивное действие (дозы 50-150 мг). Как и циклофосфан, этот препарат наиболее эффективен после введения антигена (группа 3-я). Его действие основано на ингибировании ферментов и фрагментировании ДНК.
D-пеницилламин в прямом смысле не является иммуносупрессантом. Он вызывает деполимеризацию антител типа IgM in vitro (например, ревматоидный фактор). На Т-клетки этот препарат оказывает более сильное действие, чем на В-лимфоциты. Полагают, что, разрывая дисульфидные связи между глобулиновыми цепями, он разрушает циркулирующие иммунные комплексы, уменьшает аутоантигенность IgG, в связи с чем подавляет С-активацию. Наиболее важными показаниями для применения этого препарата являются ревматоидный артрит, хронический активный гепатит, склеродермия и фиброз легких. Стандартные дозы 0,9-1,8 г/сут. Побочные явления наблюдают в 20- 30% случаев (нефрит, экзантема).
При системной красной волчанке и ревматоидном артрите, аутоиммунной гемолитической анемии имеются показания к назначению Chlorochin.
11. Кортикостероиды. В эту группу входят производные прегнана.
Фармакологическое действие глюкокортикостероидов:
1. Индукция активности ферментов;
1.1. Углеводный обмен;
1.2. Аминокислотный обмен;
2. Стабилизация биологических мембран;
2.1. Защита лизосомных мембран;
2.2. Защита искусственных мембран;
2.3. Торможение диффузии через мембраны;
3. Усиление действия катехоламинов;
4. Торможение синтеза секреции и активности медиаторов.
Противовоспалительные или иммуносупрессивные механизмы изучены недостаточно. Основной интерес представляют, безусловно, клеточные эффекты. Сначала кортикоиды свободно диффундируют через клеточную мембрану, а затем связываются на цитоплазматических стероидных рецепторах. Обусловленные этим конформационные изменения служат, очевидно, сигналом для специфической стимуляции синтеза белков через ядерную ДНК, мРНК и рибосомы. В результате этого возможны повышение активности ферментов, стабилизация внутренней структуры и мембраны.
К этим протеинам относят липокорпин (прежнее название липомодулин или макрокортин). Его влияние имеет особое значение в плане подавления фосфолипазы. Другим эффектом считают воздействие на процесс гликозилирования IgE-связанных факторов.
Характер пострибосомальных механизмов пока неясен. Рецепторы обладают довольно высокой аффинностью: при сильной концентрации они насыщены практически на 50%. Дексаметазон обладает значительно большим аффинитетом, чем кортизол. Количественный анализ показал, что рецепторы к кортикостероидам присутствуют практически на всех клетках. Видовые различия по чувствительности к кортикоидам, очевидно, основаны на разном числе рецепторов.
Для развития биохимической реакции необходимо около 15 мин, поэтому даже при внутривенном введении клинический эффект наблюдают только спустя 20 мин. В целом продолжительность биохимической фазы обусловлена временем полураспада мРНК либо специфических белков. Среди «ненуклеарных» явлений отмечают блокаду секреции PG из эндотелия и АКТГ (в течение нескольких минут).
Описанные эффекты определяют специфическое действие кортикостероидов. Обнаружить эти эффекты можно только в интактных жизнеспособных клетках, они подвержены влиянию конкурентных антагонистов и ингибиторов мРНК или синтеза белка. Неспецифические эффекты наблюдаются при более высоких концентрациях. В клинических условиях достичь их практически невозможно. При пероральном введении 100 мг преднизолона концентрация свободных кортикостероидов в плазме лишь временно повышается. Неспецифические эффекты могут проявляться в действии на липосомы и мембраны.
In vivo наблюдают ряд особых проявлений действия кортикостероидов. Снижение уровня лимфоцитов связано с их миграцией в ткани и уменьшением циркулирующего пула. Отмечено также, что Т-клеток это касается значительно в большей степени, чем В-лимфоцитов, а Т-хелперов больше, чем Т-супрессоров. Уменьшение количества моноцитов заметно выражено. Это связано со снижением миграции клеток из костного мозга (торможение процесса созревания) и привлечением клеток (но, очевидно, не в очаг воспаления).
Количество гранулоцитов, напротив, существенно возрастает. Это обусловлено миграцией зрелых (а частично и незрелых) клеток из костного мозга и увеличением периода их полураспада в процессе циркуляции.
Эозинофилы претерпевают такие же изменения, что и моноциты. Наиболее важным общим механизмом действия являются адгезивные процессы между клеткой и эндотелием. Это влияет и на межклеточную кооперацию, в результате чего некоторые эффекты in vivo выражены сильнее, чем in vitro.
Лимфоциты. У некоторых видов животных (мышь, крыса) кортикостероиды вызывают цитолиз. Лимфоциты человека к действию этих препаратов довольно резистентны. Важную роль играет влияние кортикостероидов на кинетику процессов. Часто описываемые in vivo эффекты носят в основном неспецифический характер, стандартными дозами препаратов их вызвать невозможно.
Макрофаги/моноциты. Данные о влиянии кортикоидов на фагоцитоз довольно противоречивы.
Нейтрофильные гранулоциты. Отмечают снижение экспрессии Fc-рецепторов. Влияние на миграцию клеток, хемотаксис, фагоцитоз и бактерицидность оказывают лишь высокие концентрации препаратов. Описаны подавление механизмов адгезии и процесс высвобождения медиаторов, что служит оценкой противовоспалительного действия кортикоидов.
Продукция и активность медиаторов. Отмечено, что кортикоиды интерферируют с многочисленными не обусловленными иммунологически реакциями. Это приводит к блокаде высвобождения NCF, ECF, PAF, а также IL-2, вероятно, как результат нарушения выхода IL-1 из макрофагов. Кроме того, описано ослабление воздействия указанных медиаторов и гистамина (HI) на соответствующие структуры клеток-мишеней, что объясняют изменением числа и аффинитета рецепторов. При этом не исключают возможность нарушения связывания факторов на других клеточных структурах. При условии подавления распада арахидоновой кислоты происходит недостаточный выброс медиаторов. В свою очередь этот процесс зависит от блокады фосфолипазы через усиление синтеза и секреции липокортина. В разной степени отмечено влияние на тучные клетки и базофилы.
В реакциях I типа основную роль играет действие, реализующееся через вторичные медиаторы и оказывающее влияние на позднюю фазу реакции. Несмотря на это, кортикостероиды относятся к наиболее надежным препаратам. Механизмы реакций II типа пока неясны (повышенная сопротивляемость клеток-мишеней, снижение элиминации через макрофагально-моноцитарную систему). Эффекты реакций III типа проявляются в биохимической фазе. Для IV типа реакций характерно снижение миграции макрофагов, нарушение их функциональной активности и способности к межклеточной кооперации.
В зависимости от дозы кортикостероидов можно вызвать либо ингибирование (низкие дозы), либо стимулирование (высокие дозы) процесса. Подробно эти механизмы еще не изучены. Подавление процесса переработки антигена макрофагами, очевидно, существенного значения не имеет; гораздо важнее предотвращение контакта с антигеном, что обусловлено влиянием препаратов на кинетику процесса. Кроме того, большую роль играет их воздействие на механизмы межклеточной кооперации.
Кортикоиды применяют при иммунопатологии, атопических заболеваниях (бронхиальная астма), ревматоидном артрите, иммунной гемолитической анемии, нефрите, колите, а также при трансплантации. В основном препараты влияют на эффекторную фазу иммунного ответа.
Новыми иммуносупрессивными препаратами, обладающими, возможно, более высокой селективностью, являются следующие вещества.
Cyclosporin A (CS-A) был открыт в рамках скрининга активных факторов грибов. Поиск привел к разработке препарата в качестве цитостатического соединения. Однако позже, в 1976 г. Borel установил, что это вещество вызывает необычно сильную иммуносупрессию у экспериментальных животных при условии хорошей переносимости. CS-A присутствует в Tolypocladium inflantum и Cylindrocarpum lucidum наряду с целым рядом соединений менее выраженного действия. Речь идет о циклическом пептиде с необычной С9-аминокислотой. Это белое кристаллическое и к тому же синтезированное вещество. Низкая степень растворимости в воде требует специальных форм введения (масляные капсулы). При инъекции добавляют активные, влияющие на вводимую поверхность препараты.
Механизм действия CS-A связан с подавлением в MLG как пролиферации, так и индукции цитотоксических Т-клеток. Снижается ответ на Т-клеточные митогены. После элиминации медикамента клетки остаются полностью способными к участию в иммунологической реакции. Токсический эффект не отмечен.
Клиническое применение. Основное показание — трансплантация. Ее результаты существенно улучшаются, а пересадка блока сердце — легкие практически оказалась возможной лишь с помощью применения этого препарата. Судя по предполагаемому механизму действия, CS-A может оказаться полезным при лечении аутоиммунных расстройств, при которых значительную роль играет как эффект цитотоксических Т-лимфоцитов, так и дефект клеток-супрессоров.
Фармакокинетика. Максимум концентрации в крови при пероральном приеме лекарства регистрируют через 2-4 ч. Обычно резорбируется 20-50% вводимого объема, однако в течение курса терапии способность к резорбции усиливается. Установлено, что CS-A связывается на клетках, прежде всего на эритроцитах, его определяют также в плазме и тканях (жировая ткань, почки, надпочечники, печень, где концентрация в 10 раз превышает таковую в крови). В незначительном количестве препарат обнаружен в ЦНС. Для процесса распада важную роль играет печень. Метаболиты не проявляют иммуносупрессивных свойств. Экскреция осуществляется с желчью. Учитывая эти обстоятельства, назначать препарат больным с поражением печени следует с большой предосторожностью.
Среди основных осложнений следует назвать нефротоксический эффект со снижением гломерулярной фильтрации и повышением уровня сывороточного креатинина. При длительном курсе высоких доз препарата возможны морфологические изменения в канальцах, артериолах (фибриноидный некроз) и клубочках. Нередко отмечают повышение активности ферментов печени (прежде всего щелочной фосфатазы). Среды побочных действий возможны нарушения ЦНС (тремор, невропатии), развитие васкулярно-эндотелиального синдрома, отклонения развития, в том числе гинекологические, и гипертрихоз. У 49 из 13 000 леченых больных наблюдали лимфому.
Производные имидазола. К этой группе относятся соединения, важные для лечения бактериальных, протозойных и грибковых инфекций. Ниридазол, метронидазол, миконазол и Ferntizol обладают иммуносупрессивным свойством; левамизол, клотримазол и Thiabendazol действуют как иммуностимуляторы. Лечебный эффект наблюдали при болезни Крона. Связывание на Н2-рецепторах — предполагаемый механизм действия.
Облучение. Действие лучевой терапии основано на ионизации, вызываемой рентгеновскими лучами. В результате этого образуются активные радикалы. Часть энергии идет на возбуждение других молекул. В клетке возникает крайне нестабильная ситуация, когда в той или иной степени снижены все ее функции, особенно обмен нуклеиновых кислот (обломки молекул ДНК, снижение функции матрицы и т. д.). Сильное облучение ведет к гибели клеток. Большое значение имеет также лучевое воздействие на макрофаги. У новорожденных при облучении макрофагов может сохраниться способность к фагоцитозу, но не к переработке антигена.
Супралетальные дозы облучения (900-1200 рад) могут полностью исключить возможность любой иммунной реакции. Этот факт представляет только чисто теоретический интерес, так как связанные с этим повреждения кроветворной системы и слизистых оболочек ведут к летальному исходу. Если использовать антибиотики и трансфузию клеток костного мозга, то это может привести к выживанию подопытных животных. Аналогичная ситуация наблюдается у пациентов, получивших массивную дозу облучения (например, при аварии реактора).
Сублетальные дозы (300-550 рад) подавляют на длительное время способность к иммунному ответу. В лимфоидной ткани отмечают подавление митоза и повреждение клеток вплоть до некроза. Вслед за этой фазой наступает длительный период инактивации до тех пор, когда в фазе репарации вновь наблюдают митоз и пролиферацию. После облучения количество К-клеток нормализуется в течение 3 месяцев, В-клеток — полугода, а содержание Т-лимфоцитов может оставаться сниженным в течение года. Это зависит в большой степени от способности организма к регенерации. В-клетки значительно более чувствительны к облучению, чем Т-лимфоциты. Первичный ответ угнетается полностью, если антиген вводят в интервале от 12 ч до 5 дней после облучения (зависимость от дозы). Наибольший эффект наблюдают через 24-48 ч. Если на этой стадии иммунодепрессии ввести высокую дозу антигена, то можно достичь довольно продолжительной иммунологической толерантности. Вторичный ответ менее чувствителен к облучению.
Тотальное облучение лимфоидной ткани (LTI). Этот довольно сложный метод был апробирован как мероприятие по подготовке больного к трансплантации костного мозга, а в отдельных случаях как средство терапии аутоиммунных заболеваний при отсутствии других возможностей. Практически метод был разработан при лечении больных лимфогранулематозом. Обычно в дозе 150-250 рад облучают селезенку, лимфатические узлы, вилочковую железу с защитой (экранизация) области черепа, легких, костного мозга, почек. Общая доза достигает 4-8 тыс. рад. Число лимфоцитов периферической крови снижается при этом до 0,5-109/л, однако через 2 года практически восстанавливается. Наполовину возможно снижение уровня Т-клеток, причем СD4+-клетки сохраняются в меньшей степени, чем CD8+ (временное снижение). Лимфоциты неактивны в MLC (примерно в течение 2 лет) и при ФГА-стимуляции (10 лет). Подавляется ответ и на recall-антигены (кожные пробы). В целом нарушаются механизмы клеточной кооперации и иммунорегуляции. Если ответ на тимусзависимые антигены угнетается, то на тимуснезависимые антигены усиливается, чем можно объяснить относительно сниженную предрасположенность к бактериальным инфекциям.
В эксперименте после облучения описаны процессы быстрого восстановления клеточного пула за счет незрелых клеток, индукция иммунологической толерантности при введении антигена в фазу усиления супрессорной активности, чем объясняют развитие стабильного химеризма при трансплантации. При изучении экспериментальной модели аутоиммунного заболевания LTI приводило к длительной ремиссии.
Имеются сообщения о положительном клиническом опыте использования LTI при ревматоидном артрите, волчаночном нефрите, рассеянном склерозе и аутоиммунном полиневрите.
Антилимфоцитарная сыворотка (АЛС). В реализации иммунной реакции лимфоциты играют главную роль, однако идея их иммунологической элиминации была реализована сравнительно недавно. Первую АЛС получил в 1899 г. И. Мечников, а в 1960 г. ее впервые применила Woodruff. До этого в в 1956 г. Inderbifzin указывал на аллергические реакции замедленного типа — ингибирующий эффект кроличьей сыворотки, полученной путем иммунизации клетками лимфатических узлов морской свинки, но выводы о возможности терапевтического применения данного явления сделаны не были. АЛС получают путем ксеногенной иммунизации. В качестве антигена используют клетки селезенки, а также лимфоциты грудного протока, периферической крови или лимфатических узлов. Наблюдается тенденция к выделению чистых Т-клеточных антигенов (из вилочковой железы, Т-лимфобластных культур, клеток хронического Т-клеточного лимфолейкоза). Используемую в клинике АЛС получают обычно на лошадях. Она содержит антитела не только к лимфоцитам, но и к гранулоцитам, тромбоцитам, эритроцитам, сывороточным белкам и фрагментам базальной мембраны. Перед клиническим применением эти антитела необходимо удалить с помощью адсорбционных методов. Обычно используют глобулиновую фракцию АЛС, получаемую путем хроматографии на колонке или иными способами фракционирования (АЛГ).
Принцип действия АЛС в деталях еще не изучен. АЛГ лизирует клетки одновременно с процессом связывания комплемента. Возможно, изменения могут протекать независимо от действия комплемента. Короткоживущие В-лимфоциты в лимфоидных фолликулах (возможно, и в периферической крови) действию АЛС не подвержены, а содержание тимусзависимых долго живущих лимфоцитов периферической крови, лимфатических узлов и селезенки резко снижается. АЛС в большей степени оказывает влияние на реакции клеточного иммунитета, чем на выработку антител.
Опустошение лимфоидной ткани в первую очередь является следствием массивного выброса клеток в кровоток в качестве компенсации массивных потерь лимфоцитов периферической крови. Лишь при особо длительном применении АЛС можно обнаружить некоторое ее количество в самом лимфатическом узле. В этих случаях наблюдают атрофию лимфатической ткани, особенно четко она выражена в паракортикальных зонах, в то время как другие области лимфатических узлов остаются интактными. В селезенке также отмечают уменьшение числа клеток в тимусзависимых зонах.
Детальные исследования показали, что иммуносупрессивные эффекты возникают не строго параллельно с развитием лимфопении. В связи с этим следует предположить действие других механизмов, снижающих функциональную способность лимфоцитов, например, путем связывания антител на клеточной мембране.
Более точный анализ стал возможным при использовании мо-ноклональных антител. Введение 5 мг моноАт к CD3 приводит почти к полному снижению числа Т-клеток в периферической крови (часто на фоне осложнений в виде подъемов температуры тела, озноба). При сублитических дозах отмечают функциональные нарушения, так как СD3-молекула участвует в распознавании антигена (блокада MLC и Т-клеточной цитотоксичности). Аналогичным образом действуют и другие маркерные антитела.
После инъекции моноантител, направленных против Т-лимфоцитов, наблюдают две фазы изменений:
1 — «Аг-модуляция» на 2-4-й день,
2 — иммунизация ксеногенным белком (10-14-й день).
Стандартизация и дозировка. Обобщить данные по опыту применения АЛС и АЛГ оказалось крайне трудным делом, так как зачастую использовались сыворотки, приготовленные в разных лабораториях. Методы получения (вид животных, введение и дозировка лимфоцитов, адъюванты) и стандартизации весьма различны.
Выбор оптимальной дозы препарата при нерешенных проблемах стандартизации очень сложен. Если раньше назначали 5 мг/кг, то в последнее время наблюдается тенденция к применению более высоких доз (10-20 мг/кг). Открытым остается вопрос и о длительности лечения. До наступления и стабилизации эффекта вводят ежедневно, а затем по индивидуальной схеме; в течение 1-2 месяца число инъекций снижают от 3 до 1 в неделю. Препарат вводят внутримышечно или внутривенно (медленно!). Конкретные рекомендации относительно доз моноАт еще не разработаны, обычно назначают 1-5 мг анти-СDЗ.
Побочные явления и преимущества. В принципе организм хорошо переносит АЛГ. Подъемы температуры тела можно отнести за счет распада клеток. Нередко возникают болезненные инфильтраты, которые, однако, исчезают в ходе лечения. Признаки сывороточной болезни наблюдают в 2,1-7,5% случаев, анафилактические реакции в 2,1-6,2%, из них с летальным исходом в 0-0,4% случаев. К существенным недостаткам АЛГ или моноАт относят факт антителообразования на ксеногенный антиген. Развивающаяся реакция антиген — антитело приводит к инактивации и может вызвать синдром сывороточной болезни. При пересадке почки повышается риск развития нефрита, обусловленного ИК. Применение других иммуносупрессивных средств значительно снижает эту опасность. Для индукции толерантности перед терапевтическим использованием препарата рекомендуется вводить 10-30 мг/кг высокоочищенного (в том числе при помощи ультрацентрифугирования) АЛГ, что существенно снижает названные сопутствующие осложнения.
Важным преимуществом АЛГ является тот факт, что он относительно мало влияет на процессы гемопоэза и выработки антител. По этой причине при лечении этим препаратом редко наблюдают аплазию костного мозга и бактериальные инфекции или их не регистрируют вовсе.
Применение. Положительные клинические результаты описаны при следующих показаниях:
— клиническая трансплантация органов и тканей (в комбинации с другими иммуносупрессивными препаратами);
— аутоиммунные заболевания: дерматомиозит, системная красная волчанка, ревматоидный артрит, хронический гепатит, синдром Гудпасчера, миастения, гломерулонефрит, рассеянный склероз, симпатическая офтальмия;
— иммунопролиферативные заболевания, хотя в этой группе успехи сомнительны, так как АЛГ не дает эффекта при лимфолейкозе, плазмоцитоме, болезни Вальденстрема. Перспективным считают применение моноАт.
АЛГ и кортикоиды оказывают синергическое действие, поэтому их назначают в комплексе.
Применение иммуносупрессивных средств. Терапию начинают с больших доз. После достижения желаемого эффекта переходят на поддерживающий курс, составляющий1/2-1/4 начальной дозы. Эффективность лечения оценивают по специфическим для определенного заболевания параметрам. Интерпретация иммунологических показателей довольно сложна, так как нередко отсутствует корреляция с клиническими данными. Для выбора необходимой дозы проводят ряд исследований: стимуляцию клеток с помощью митогена ФГА, определение содержания Т- и В-лимфоцитов (критерий — 50% снижение исходных показателей), а также оценку спонтанной бласттрансформации лимфоцитов. Относительно продолжительности терапии пока нет четких рекомендаций. Известно только, что ее нецелесообразно прерывать раньше чем через 3 месяца, если нет тяжелых побочных эффектов. Исключением является метотрексат, который не следует применять свыше 4 недель. Многие авторы рекомендуют изменение стандартной схемы, например, метотрексат заменяют азатиоприном для уменьшения побочных эффектов и для предотвращения резистентности к препарату. Иммуносупрессанты отменяют при достижении стойкой ремиссии, продолжающейся по крайней мере несколько недель. Как правило, больному необходима длительная терапия. При обострении иммунных процессов следует увеличивать дозу препарата либо сочетать его с другими медикаментами. Почти все иммуносупрессивные средства применяют в комплексной терапии с кортикостероидами. Лечение проводят в стационаре ввиду опасности развития сопутствующих осложнений, особенно при довольно высоких начальных дозах. Если через 2-3 недели никаких нежелательных проявлений не наблюдают, то лечение можно продолжить амбулаторно.
Все известные иммуносупрессивные средства обладают недостаточной селективностью. Оптимальное решение этой проблемы пока не найдено. В настоящее время используют следующие подходы к лечению:
— назначение препаратов-синергистов, усиливающих лечебный эффект;
— сочетание с поддерживающей терапией;
— выбор оптимальных интервалов и доз введения препаратов, обеспечивающих максимальное воздействие на иммунокомпетентные клетки и не затрагивающих другие клеточные популяции.
При выборе медикаментов необходимо учитывать состояние печени и почек. При почечной недостаточности метотрексат противопоказан. Другие иммуносупрессивные препараты оказывают пролонгированное действие и могут аккумулироваться в почках, поэтому необходим подбор индивидуальных доз. С этой точки зрения наименьший отрицательный эффект дают 6-МП и азатиоприн. При заболеваниях печени метотрексат противопоказан, действие азатиоприна не всегда однозначно, поэтому выбор падает на 6-меркаптопурин или циклофосфан. Если у пациентов содержание билирубина превышает 20 мг/л, то следует назначать только определенные иммуносупрессанты.
Ниже приводятся показания к применению иммуносупрессивных средств.
Абсолютные показания: трансплантация, системная красная волчанка, узелковый периартериит, склеродермит, гранулематоз Вегенера, пузырчатка, синдром Гудпасчера.
Относительные показания: иммунная тромбопения, иммунные гемолитические анемии, хронический прогрессирующий гепатит, цирроз печени, Ра, мембранозный гломерулонефрит.
Успешные результаты получены при применении иммуносупрессантов в отдельных случаях при язвенном колите, ileitis terminalis, рассеянном склерозе, болезни Холодовых агглютининов.
Сопутствующие осложнения иммуносупрессивных препаратов могут быть подразделены на две большие группы: эффекты, проявляющиеся в ранние и поздние сроки.
I. Эффекты, проявляющиеся в ранние сроки.
A. Нарушение функции костного мозга. При недостаточной селективности иммуносупрессивных препаратов поражаются все клетки с высокой митотической активностью, этот процесс затрагивает и гемопоэтические клетки костного мозга. При больших дозировках и длительной терапии поражение костного мозга наблюдается практически у всех пациентов. Наименьший нежелательный эффект дает АЛС. На ранней стадии отмечают лейкопению, угнетение процесса регенерации лимфоцитов проявляется позднее. В связи с этим необходим постоянный контроль за содержанием лейкоцитов в крови: сначала 2 раза в неделю, а при длительной терапии один раз в 2-4 недели. До полной регенерации клеток рекомендуется переливание свежей крови. Эти осложнения отсутствуют при назначении циклоспорина А и высокоочищенного АЛГ.
Б. Расстройства желудочно-кишечного тракта. При использовании иммуносупрессивных средств нередко возникают тошнота, рвота и расстройства желудка. Иногда эти явления исчезают сами по себе, несмотря на продолжительность лечения. Однако в некоторых случаях возникают желудочно-кишечные кровотечения (особенно при применении метотрексата). Местных повреждений можно избежать, если препараты вводить парентерально.
B. Предрасположенность к инфекциям. Этот эффект может быть обусловлен различными причинами: повреждением кожного и кожно-слизистого барьеров, подавлением неспецифических защитных механизмов организма (лейкопения, снижение интенсивности фагоцитоза, угнетение воспалительных процессов) и блоком иммунных механизмов. Эти явления усиливаются при комбинированной терапии иммуносупрессантами и кортикоидами. В этой связи при угрозе инфекционных осложнений рекомендуется применять антибиотики. Если возникает опасность развития тяжелых воспалений, целесообразно назначать антибиотики широкого спектра действия (возможно, в комбинации с глобулином). Однако эти меры не всегда могут предотвратить развитие грибковых и бактериальных инфекций, которые на фоне иммуносупрессивной терапии протекают в особо тяжелой форме и могут привести к летальному исходу. При проведении профилактических прививок иммуносупрессивную терапию необходимо прекратить.
Г. Аллергические реакции. После применения АЛС (АЛГ), а также некоторых иммуносупрессантов нередко развиваются аллергические реакции. Чаще всего они выражаются в виде кожных поражений с эозинофилией и лекарственной лихорадки.
II. Нарушения, проявляющиеся в поздние сроки, описаны недавно и еще недостаточно изучены. Нередко их трудно отличить от спонтанных процессов или последствий самого заболевания.
А. Канцерогенный эффект. У 65% мышей линии NZB, получавших азатиоприн, развились злокачественные опухоли. Аналогичное действие наблюдалось при применении других иммуносупрессивных препаратов. В настоящее время уже доказано, что в данном случае речь идет об опухолях вирусного генеза, т. е. причиной возникновения опухоли было ослабление резистентности организма к инфекции. Некоторые авторы наблюдали аналогичные процессы при вирусных инфекциях неясной этиологии. Предполагают, что, помимо основного действия, иммуносупрессивные препараты блокируют механизмы, обеспечивающие элиминацию бластных клеток. Такие клетки, прошедшие процесс дифференцировки, уже не контролируются и могут быть причиной возникновения опухоли. У 52 из 500 реципиентов с пересаженной почкой развился «трансплантационный рак». У 28 больных были обнаружены эпителиальные опухоли, у 22 — опухоли лимфатической ткани. Не исключено, что иммуносупрессивные препараты могут непосредственно оказывать мутагенное действие на клетки.
Б. Нарушение репродуктивной функции и тератогенные эффекты. При назначении алкилирующих препаратов следует учитывать опасность развития бесплодия как у женщин, так и у мужчин. Указания на этот счет различны: от 10 до 70% случаев, что обусловлено различными дозами и продолжительностью приема медикаментов. С другой стороны, данные осложнения встречаются не столь часто, чтобы этим объяснить тератогенные эффекты, тем не менее при приеме таких препаратов необходимо избегать беременности даже через 6 месяцев после прекращения курса лечения.
В.Задержка роста. К этому может привести использование иммуносупрессивных средств у детей.
Г. Прочие побочные эффекты. После лечения алкилирующими препаратами широкого спектра действия наблюдали легочные фиброзы, аменорею и нарушение сперматогенеза. Не всегда эти явления можно объяснить непосредственно цитотоксическим эффектом.
После приема миелосана наряду с изменениями в легких наблюдают синдром с гиперпигментацией, сопровождающийся слабостью, потерей массы тела и гастроинтестинальными проявлениями. Циклофосфан вызывает выпадение волос и геморрагические циститы. Если эти явления не удается устранить даже при введении в организм большого количества жидкости, то необходимо сменить препарат (на хлорбутин), так как в противном случае может развиться прогрессирующий фиброз с вторичными осложнениями.
При применении антиметаболитов наблюдают нарушения функции печени.
Об эффектах, вызываемых длительным приемом антибиотиков, известно немного. Алкалоиды барвинка оказывают нейротоксическое действие с парестезиями, атаксией и другими моторными нарушениями. Циклоспорин А обладает ограниченным нефротоксическим действием.