Детская заболеваемость по данным обследования как показатель качества работы учреждения родовспоможения
Долгое время одним из основных показателей качества работы учреждений родовспоможения была мертворождаемость, ее частота. В дальнейшем выявилась необходимость учитывать не только мертворожденных, но и раннюю детскую смертность, причинно связанную во многих случаях с особенностями течения и ведения, беременности и родов. Так возникло понятие «перинатальная смертность», т. е., как известно, смертность в период от 28 недель беременности до 7-го дня жизни новорожденного.
В более поздний период жизни ребенок, находясь под наблюдением детских врачей, оказывается «оторванным» от акушеров-гинекологов. Это, в свою очередь, ограничивает возможности профилактики патологических состояний, обнаруживаемых впоследствии у более старших детей и в той или иной степени связанных с осложнениями беременности и родов.
Поскольку задачей родовспоможения является обеспечение рождения не только живого, но и вполне здорового ребенка, имеется настоятельная необходимость ознакомления врача акушера-гинеколога с более отдаленными результатами оказанной им акушерской помощи.
В этом отношении большой интерес представляют литературные данные, приведенные в работе Н. В. Дмитриевой, касающейся «состояния здоровья и развития детей, — родившихся в условиях патологии, по материалам изучения отдаленных результатов».
Шрайбер изучил истории родов 252 детей, страдающих умственной отсталостью, и установил, что у 170 из них (почти у 70%) при рождении была асфиксия.
А. Ф. Серен ко, Л. А. Брушлинская и О. Г. Фролова, отмечая большие успехи в деле снижения детской смертности до 1 года, считают, что до 40% гибели их могло быть предупреждено при улучшении качества обслуживания беременных женщин и их детей.
А. Сохина и соавт. установили, что дети, родившиеся в условиях изосерологической несовместимости крови матери и плода по группе крови, достоверно чаще в дальнейшем заболевают респираторными инфекциями, острыми кишечными расстройствами и отитом по сравнению с детьми, рожденными вне этого конфликта.
И. И. Усоскин указывает на связи заболевания матери эпилепсией с частотой заболевания детей бронхитом, пневмонией, катаром верхних дыхательных путей и экссудативным диатезом.
Е. Новикова, Н. Коева и соавт. обращают внимание на частоту неврологических расстройств у недоношенных детей, матери которых больны сахарным диабетом, предиабетом, пороком сердца и анемией. При диабете и предиабете эта частота достигает 81%, при пороках сердца -80%, при анемии — 71%. Нарушения в периоде новорожденности носят характер вялости, адинамии, гипотонии, гинорефлексии, возбуждения, беспокойства, судорог ног и др., а в дальнейшем у детей наблюдаются микроцефалия, гидроцефалия, нарезы и параличи конечностей, эпилепсия, атетоз, головные боли, нарушение сна, умственная недостаточность и др.
Мы привели лишь часть данных литературы, сообщенных Н. В. Дмитриевой. В еще большем объеме затронутый вопрос освещен в коллективной монографии сотрудников Института акушерства и гинекологии АМН, специально посвященной изучению «влияния осложнений беременности и родов на здоровье детей первых лет жизни».
С участием смежных специалистов комплексно обследовались 20 518 детей в возрасте от 1 до 10 лет, родившихся в институте за период в семь лет. Была установлена довольно большая заболеваемость (преобладали болезни нервной системы) при разном характере патологии матери. Это подтверждается следующими примерами.
При наличии у матери гипертонии детская заболеваемость (в % каждая группа) составляла 5%, в том числе нервной системы 3,4%. При пороках сердца у матери детская заболеваемость составила 6 % (нервной системы 3,8 %). При крупном плоде заболеваемость равнялась 18,6% (нервной системы 12,0%), при позднем токсикозе соответственно 9,3 и 5,2%, при лихорадке в родах 12,0 и 8,8% и т. д.
По характеру поражения нервной системы в группу с функциональными нарушениями вошли неврозы, дефекты речи, ночное недержание мочи, повышенная нервная возбудимость, а в группу органических поражений центральной нервной системы — парезы и параличи, болезнь Литтля, идиопатия, менингит, отставание умственного развития и др.
По ряду детской заболеваемости была подмечена интересная зависимость между частотой перинатальной смертности и детской заболеваемости. При относительно низкой потере детей была значительно повышена их заболеваемость. Например, при крупном плоде перинатальная смертность составила 5,3%, а детская заболеваемость 18,6%, при патологической гипотонии перинатальная смертность 8,6%, а заболеваемость 17,7%. С другой стороны, при высокой перинатальной смертности частота заболеваемости детей оказалась относительно низкой. Например, при аномалиях прикрепления плаценты перинатальная смертность была 21,9%, а детская заболеваемость 4,3%, при тазовом предлежании плода потеря детей 12,5%, заболеваемость 5,8% и т. п. Это обстоятельство определило постановку М. А. Петровым-Маслаковым вопроса: какой ценой достигается подчас снижение частоты перинатальной смертности? Не ценою ли сохранения в какой-то степени поврежденного ребенка?
Все вышеизложенное обосновывает необходимость внедрения в практику работы учреждений родовспоможения еще одного показателя качества их работы — детскую заболеваемость, по отдаленным данным обследования, ее частоту и характер за период хотя бы одного года после рождения. Имеется в виду ознакомление с этим показателем акушеров-гинекологов женской консультации, дородового и родильного стационаров. Получив такие сведения, акушер-гинеколог сможет совместно с врачом-педиатром установить возможную зависимость детской заболеваемости с особенностями акушерской патологии, тактики ведения беременности и родов и на этой основе совершенствовать оказываемую медицинскую помощь.
Имеется еще один вопрос, до сих пор не получивший своего окончательного решения. Это касается длительности оживления детей, родившихся в асфиксии, и связи ее с последующим состоянием их. В указанной комплексной работе Института акушерства и гинекологии В. В. Агнисенко было установлено следующее.
Совершенно отчетливо выявляется увеличение неблагоприятного исхода для плода при увеличении длительности асфиксии (времени оживления). При этом у всех детей были выявлены нарушения в ЦНС (у части функциональные, у части — органические). В. В. Агипсенко приводит сообщение Б. В. Лебедева и Ю. И. Барашнева, которые из 105 обследованных детей, перенесших асфиксию при рождении, только у 23 из них в дальнейшем не смогли установить каких-либо отклонений в состоянии здоровья.
Все эти материалы обосновывают вопрос, в какой мере целесообразно очень длительное оживление детей, родившихся в асфиксии, а также обуславливают необходимость дальнейшего совершенствования самих методов оживления. При этом следует учитывать не только продолжительность асфиксии у новорожденных, но также ее длительность до рождения ребенка, внутриутробно. Это может в ряде случаев объяснить худшее состояние ребенка при небольшой, казалось, продолжительности асфиксии по сравнению с состоянием новорожденного при гораздо большей продолжительности внеутробной асфиксии.