Методы диагностики болезней сердечно-сосудистой системы
Информация об основных диагностических методах, используемых при болезнях сердечно-сосудистой системы.
Расспрос
Основные жалобы сердечного больного сводятся к следующему: 1) понижение работоспособности умственной и физической, 2) одышка, 3) боли, 4) сердцебиение, перебои и другие неприятные ощущения в области сердца. Если даже больной сам и не предъявляет этих жалоб, необходимо о них расспросить самым тщательным образом. Реже больные жалуются на жажду в периоде нарастания отеков и на симптомы недостаточности кровообращения в головном мозгу (головокружения, обмороки и даже галлюцинации).
Определение степени понижения трудоспособности является для врача важнейшей задачей. Определяется она количеством и качеством производимой работы по сравнению с предшествующим периодом. Сердечный больной устает быстрее, чем здоровый, и медленнее восстанавливает свои силы. Поэтому при сравнении необходимо учесть идентичность работы за оба периода и привычность ее. Основными вопросами со стороны врача в условиях городской жизни являются: на сколько этажей больной может свободно, без неприятных ощущений, подняться, может ли немного пробежать, догоняя кого-либо, и т. п. Кроме того, необходимо выяснить тот максимум времени, в течение которого больной может производить работу безболезненно. Обычно усталость начинает проявляться одышкой, но бывают и своеобразные жалобы на изнеможение. Больные жалуются, что, пройдя короткое расстояние, они начинают чувствовать, как будто идут по воде или как бы вытаскивают ноги из липкой грязи. Другие больные жалуются, что у них тяжелые или «ватные», неживые ноги.
Из анамнеза жизни важно выяснить размеры тренировки и развитие всей мышечной системы; время начала физической работы, ее напряженность; привычные интоксикации (табак, алкоголь); перенесенные болезни. Особенно важны точные сведения о следующих перенесенных заболеваниях: ревматизме, поражающем все три оболочки сердца; сифилисе, поражающем чаще всего аорту и миокард; сыпном тифе, поражающем миокард и нервный аппарат сердца и сосудов; ангинах, поражающих эндо- и миокард; скарлатине, брюшном тифе, дизентерии и прочих инфекциях, поражающих главным образом миокард. Необходимо выяснить напряженность и правильность половой жизни, начало менструаций, число абортов и родов, время наступления климакса, нервно-психические условия жизни, обстановку на работе и в семье, характер отдыха, сон. Имеет значение и наследственность — наличие у членов семьи грудной жабы, гипертонии, мозговых кровоизлияний.
Осмотр
Осмотр сердечно-сосудистого больного начинается с оценки на глаз его конституций. Среди сердечно-сосудистых больных преобладают гиперстеники, часто заболевающие атеросклерозом; пороки клапанов относительно чаще встречаются у астеников.
У коечного больного обращают внимание на его положение. Легко больные свободно ходят, больные средней тяжести обычно лежат, предпочтительно на кровати с высоким изголовьем. Больные с резко выраженной сердечной недостаточностью сидят обязательно со спущенными ногами. При этом положении отеки скапливаются преимущественно в ногах, асцит спускается к малому тазу, диафрагма несколько опускается, и дыхание и кровообращение становятся свободнее. Больные обычно лежат на спине или на правом боку и почти никогда не ложатся на левый бок.
Очень важен осмотр кожных покровов. Очень часто при сердечной недостаточности наблюдается синюха. Желтушная окраска у декомпенсированных сердечных больных наблюдается нередко. Она зависит от сильного застоя в печени при слабости правого сердца с последующим поражением ее паренхимы. Своеобразная желтуха развивается иногда при endocarditis lenta: кожа имеет при этом оттенок «кофе с молоком». При местном затруднении кровообращения иногда расширяются отдельные кожные капилляры и венулы, образуя видимые простым глазом группки извитых, коротких (до 2 см) сосудиков. Это отмечается: 1) во II правом межреберье в случае давления нарастающей аневризмы аорты на кожу и 2) по границам области сердца при слипчивом перикардите. Признак этот не бесспорный и требует проверки другими методами. Мельчайшие эмболы в капилляры кожи и особенно в капилляры конъюнктивы при эндокардите дают точечные геморагии. Если в эмболе окажутся жизнеспособные бактерии, могут развиться кожные пустулки и абсцессы.
Важно отметить при осмотре степень развития жировой клетчатки. Ожирение является обычно не следствием поражения сердечно-сосудистой системы, а одной из причин нарушения кровообращения, так как
1) жир, отлагаясь вокруг сердца, механически затрудняет его работу;
2) жир увеличивает массу снабжаемых кровью тканей и, следовательно, количество перебрасываемой крови;
3) жир поднимает диафрагму;
4) кроме того, ожирение, являясь показателем замедленного обмена, косвенно указывает на возможность перегрузки крови продуктами обмена, благодаря чему легче развивается атеросклероз.
Затем исследуется мускулатура. Между поперечнополосатыми мышцами скелета и сердцем существуют определенные взаимоотношения, и по состоянию мышечной системы — до некоторой степени можно судить о состоянии сердца: хорошие мышцы часто указывают на крепкое сердце, а слабые заставляют предполагать вялую работу миокарда.
Осмотр лица дает тоже некоторые диагностические указания. У больных с митральными пороками лицо часто синюшно-румяное, у больных с пороками правого сердца – темно-синюшное, у аортальных больных — бледное.
Осмотр полости рта у сердечного больного обязателен. Состояние зубов и миндалин может дать указания на источник хрониосепсиса, поддерживающий эндокардит. По окраске слизистой твердого нёба можно рано судить о развитии синюхи и желтухи. При недостаточности клапанов аорты иногда наблюдаются ритмичные побледнения и покраснения слизистой мягкого нёба.
При осмотре шеи увеличение щитовидной железы может объяснить некоторые случаи тахикардии базедовизмом. Кроме того можно найти признак Куршмана — косое положение трахеи благодаря оттеснению ее в сторону аневризмой аорты. Признак Мюссе (по имени французского поэта Musset, имевшего его) состоит в том, что с каждой систолой голова непроизвольно дергается вниз. Наблюдается он при аневризме дуги; аорты, давящей на бронх, и недостаточности аортальных клапанов.
При осмотре грудной клетки больных, у которых развилась гипертрофия сердца с детства, при еще податливых ребрах, можно заметить выпячивание грудной клетки в области сердца — «сердечный горб». Несколько кнутри от сосковой линии, в V межреберье (у здоровых) определяется верхушечный толчок. Справа от грудины во II межреберье аневризма аорты может вызвать разрушение ребер и грудины и выпячивание аневризмы в виде эластичной опухоли величиной до яблока.
При осмотре живота прежде всего следует обратить внимание на пульсацию надчревной области. Она может зависеть от движений сердца или брюшной аорты.
Сердце может вызвать ясно определимую пульсацию 1) будучи само совершенно нормальным, но при низко расположенной диафрагме (эмфизема, энтероптоз); 2) при гипертрофии правого желудочка (эмфизема и другие заболевания легких, затрудняющие кровообращение в малом кругу, пороки левого сердца, заболевания легочной артерии). Пульсация брюшной аорты определяется ниже надчревной области слева от средней линии живота. Она определяется 1) при здоровой нормальной аорте, но при очень вялой мускулатуре брюшной стенки, лишенной к тому же жировой подкладки; 2) при аневризмах брюшной аорты; 3) при наличии опухоли перед аортой, которая передает биение здоровой аорты.
На пальцах рук при endocarditis lenta наблюдается изменение формы их в виде так называемых «барабанных палочек».
Осмотр периферических артерий может указать на извилистость височной артерии при склерозе ее или гипертрофии мышечной стенки при гипертонии; при извилистости и уплотнении стенки плечевой артерии каждая систола вызывает своеобразное смещение видимого отрезка артерии, как будто ползущей вперед, — «симптом червячка». Резкая пульсация периферических артерий, особенно хорошо видимая на сонных артериях (танец каротид), наблюдается при недостаточности клапанов аорты.
Осмотр вен дает указания 1) на местное изменение их проходимости, обусловленное их собственным заболеванием (флебит), заболеванием соседних органов (опухоли) или органов, через которые они проходят (печень); 2) на ослабление работы центрального мотора, сказывающееся на всей венозной сети. Следствием понижения оттока по венозным путям являются цианоз и отек области, из которой вена собирает кровь. При хорошем состоянии силы сердца и относительно медленном развитии местного препятствия успевает развиться компенсаторное приспособление для обеспечения оттока крови — анастомозы. Причиной затруднения оттока из всей венозной сети и развития общего цианоза и общих отеков является слабость правого сердца при клапанных пороках, при поражениях сердечной мышцы и при затруднениях для тока крови по малому кругу (эмфизема, пневмосклероз, пневмоторакс и т. п.).
Наиболее важны следующие конкретные случаи: 1) двустороннее расширение вен шеи, рук и верхней части грудной клетки при сжатии верхней полой вены опухолями или аневризмой (этот симптом при одновременном наличии отека указанных областей дает картину так называемого воротника Стокса (Stokes)); одностороннее расширение наблюдается при сжатии безымянной вены; 2) расширение боковых вен живота при нарушении проходимости нижней полой вены (тромбоз ее или сдавление опухолью или значительным асцитом) обычно с анастомозом между v. epigastrica superficialls и vv. thoracoepigastricae; 3) образование анастомозов вокруг пупка («голова медузы») между венами системы воротной вены и ветвями нижней и верхней полых вен при затруднении тока крови по воротной вене.
Так как при анастомозах ток крови может идти в различных направлениях, необходимо это направление выяснить. Для этого из отрезка вены, не имеющего боковых притоков, выжимают кровь и прижимают его пальцами с обеих сторон; отнимая тот или другой палец, следят за направлением тока, При затруднении тока крови в нижней полой вене кровь в анастомозах течет снизу вверх; при затруднении тока крови в портальной системе кровь в анастомозах течет от пупка во все стороны (радиально), в том числе и вниз.
На шее можно наблюдать пульсацию яремных вен — венный пульс. Деятельность сердца вызывает ритмическое замедление тока крови в яремной вене во время систолы предсердия и ускорение его во время диастолы предсердия, resp. систолы желудочков. Замедление тока ведет к некоторому набуханию вен шеи, а ускорение — к их спадению. Таким образом во время систолического расширения артерий яремные вены спадаются. Это нормальный так называемый отрицательный венный пульс. В обычных условиях он мало заметен на глаз и становится более отчетливо заметным при набухании вен вследствие застоя крови в них. При недостаточности трехстворчатого клапана обратная волна из правого желудочка в предсердие во время систолы желудочка задерживает отток крови из вен в предсердие, и вены набухают одновременно с появлением артериальной пульсовой волны — это патологический, так называемый положительный венный пульс. Последний, таким образом, является признаком недостаточности трехстворчатого клапана.
За венный пульс могут быть ошибочно приняты передаточные колебания яремных вен, производимые пульсацией сонных артерий. Здесь нужно иметь в виду, что такие передаточные колебания вен происходят заметно быстрее и живее, особенно в начальной их части, чем сравнительно медленные и вялые их движения при венном пульсе. В неясных случаях прижатие вены на ее протяжении пальцем позволяет видеть, что передаточные колебания набухающего периферического отрезка вены становятся более отчетливыми. При истинном же венном пульсе, наоборот, пульсация этого отрезка вены прекращается.
Осмотр капилляров может обнаружить наличие капиллярного пульса. Для этого лучше всего слегка нажать на конец ногтя, чтобы посредине его образовалось небольшое белое пятнышко; при недостаточности клапанов аорты это пятнышко синхронично фазам деятельности сердца увеличивается и уменьшается в размере. При тех же обстоятельствах может пульсировать красная черта на коже, полученная путем проведения по ней твердым предметом (дермографизм), или пятно гиперемии, вызванное растирание кожи, например на лбу. Пульс этот было бы правильнее назвать артериольным, так как расширяются и пульсируют не капилляры, а предкапиллярные артериолы. Кроме недостаточности клапанов аорты, этот пульс может наблюдаться иногда при базедовой болезни.
Пальпация
Пальпаторно у сердечно-сосудистых больных исследуют грудную клетку, брюшную полость, периферические артерии, вены, а на конечностях и спине — отеки. Пальпацией определяют изменения конфигурации грудной клетки, наличие аневризматических выпячиваний между ребрами и в надгрудинной ямке, болевую чувствительность кожи, верхушечный толчок, а также тоны и шумы сердца. В брюшной полости определяют состояние брюшной аорты и печени. На периферических артериях определяют состояние их стенки и свойства пульса. Пальпацией пользуются самостоятельно при исследовании, например, пульса и попутно с осмотром при определении верхушечного толчка, выпячиваний и отеков.
Пальпация грудной клетки. Пальпация грудной клетки, взятой в целом, уточняет данные осмотра в случае ее деформации.
Пульсирующая аневризма восходящей аорты может вызвать рассасывание костной и хрящевой тканей II и III ребер; под кожей выпячивается тогда эластическая опухоль, достигающая иногда величины яблока и больше. Важно отметить, что аневризматическое выпячивание пульсирует во всех направлениях, кроме случаев, когда аневризматический мешок затромбирован сгустками фибрина. Опухоли же другого характера, если они и передают пульсацию аорты, то только в одном направлении, и пульсируют обычно слабее, чем аневризма. Если средний и указательный пальцы правой руки поставить на боковые поверхности аневризматического мешка у его вершины, пульсация аневризмы не только поднимает пальцы, но и раздвигает их в стороны.
При удлинении аорты на почве ее склероза, при аневризме дуги аорты, при высоком кровяном давлении и недостаточности аортальных клапанов можно пальцем прощупать аорту в яремной ямке за рукояткой грудины. Для этого больной должен свести плечи вперед и слегка поднять их. У лиц с короткой широкой грудной клеткой можно иногда прощупать пульсацию дуги аорты и при отсутствии ее поражения. Пульсация аорты передается пальцу снизу вверх. Нужно остерегаться смешения ее с боковой пульсацией безымянной артерии.
Аневризма дуги аорты при расположении ее на нижней поверхности дуги может вызвать появление симптома Оливер-Кардарелли (Oliver-Cardarelli). Для констатирования симптома следует охватить гортань с боков большим и указательным пальцами правой руки и слегка подтянуть кверху. При систоле наполнение аневризматического мешка оттягивает вниз левый бронх, через который перегибается дуга аорты. Тем самым оттягивается вниз и гортань. При каждой систоле пальцы ощущают это движение гортани.
Повышенная чувствительность кожи грудной клетки наблюдается в следующих случаях: 1) при грудной жабе кожа сердечной области часто гиперестезирована; в далеко зашедших случаях гиперестезия распространяется вверх — на плечо и на внутреннюю поверхность левой руки; 2) у многих молодых невротиков отмечается болевая точка, приблизительно соответствующая месту верхушечного толчка, так называемая «френокардическая точка»; отношения к органическим заболеваниям сердца она не имеет, но наличие ее часто объясняет жалобы на боли, в сердце; 3) односторонние, упорные, не поддающиеся объяснению и лечению межреберные невралгии заставляют думать, между прочим, и о возможности аневризмы аорты.
Пальпация звуковых явлений. Тоны и шумы сердца помимо аускультации часто могут быть определены и пальпацией — лучше всего легкой, поверхностной. Места определения те же, как и при аускультации. Чем выше тон или шум, тем лучше он выслушивается и хуже пальпируется. Наоборот, очень низкие звуки (около 16 колебаний в минуту) улавливаются иногда только пальпацией, не будучи слышны. Тоны улавливаются как короткие толчки, сотрясения, особенно при условии их значительной силы при тонкой грудной стенке. Из патологических тонов довольно часто улавливается ритм галопа, особенно его добавочный тон. Из шумов хорошо улавливаются: шум трения перикарда, систолический шум при стенозе устья аорты и легочной артерии, при аневризмах и при незакрытом боталловом протоке. Особенно же характерно пресистолическое дрожание при стенозе левого предсердно-желудочкового отверстия. Ощущение при его пальпации напоминает ощущение, получаемое при поглаживании спины мурлыкающей кошки, почему и называется «кошачьим мурлыканием».
Верхушечный толчок. В систоле в период замыкания клапанов желудочки принимают форму, более приближающуюся к конусу, чем обычно. При этом верхушка сердца приподнимается и продвигается вперед, приближаясь к положению перпендикуляра к центру основания сердца и прижимаясь к грудной клетке. Приближению и прижатию сердца к грудной стенке способствует удлинение больших сосудов в систоле во время их наполнения. Сама же сердечная мышца в период систолы значительно оплотневает. Благодаря этим двум благоприятствующим условиям — наибольшему приближению к стенке грудной клетки и максимальной плотности мышцы — можно ощупать, а также часто и видеть периодическое выпячивание грудной клетки, синхроничное систоле желудочков. Это выпячивание называется верхушечным толчком, если оно определяется на небольшом ограниченном участке, или сердечным толчком, если площадь его более значительна и оно соответствует улавливаемому сокращению не только верхушки, но и стенок желудочков. Строгой границы между этими двумя видами толчка провести нельзя.
Улавливается толчок наилучше ладонью руки, положенной основанием кисти к грудине, а пальцами к подмышечной области.
Положение верхушечного толчка определяется при пальпации обычно в V межреберном промежутке на 2 см кнутри от срединно-ключичной линии; у женщин в 10-20% случаев толчок определяется в IV межреберном промежутке. Площадь верхушечного толчка называют его шириной; диаметр ее в среднем равен 1,5-2 см. Величина размаха грудной стенки называется высотой или величиной толчка. Сила противодавления толчка надавливающему пальцу называется его силой. Эти четыре свойства толчка изменяются не обязательно параллельно, и различное их соотношение может иметь большое диагностическое значение. Ширина и высота изменяются обычно в одном направлении, но сила верхушечного толчка при концентрической гипертрофии может значительно увеличиться без увеличения ширины, а при дилатации, наоборот, увеличивается ширина толчка без увеличения силы. В последнем случае толчок называется разлитым.
Высота и ширина верхушечного толчка, помимо силы и величины сердца, зависят и от свойств грудной стенки. Они увеличиваются: 1) при тонкой грудной стенке, 2) при широких межреберьях, 3) во время выдоха, 4) при ретракции легких, 5) при высоком стоянии диафрагмы, 6) при прижатии сердца кпереди (опухоль средостения и т. п.), 7) при наклоне больного вперед. Наоборот, высота и ширина верхушечного толчка уменьшаются: 1) при ожирелой или отечной подкожной клетчатке, 2) при узких межреберьях, 3) во время глубокого вдоха, 4) при эмфиземе легких, 5) при низком стоянии диафрагмы, 6) при экссудативном левостороннем плеврите. При этих условиях верхушечный толчок часто и совсем не удается определить. Кроме того, он может не определяться, когда совпадает не с межреберьем, а с ребром.
Указанная выше локализация верхушечного толчка относится к стоячему положению.
В лежачем положении на левом боку верхушечный толчок сдвигается влево на 3-5 см и больше, а при положении на правом боку — вправо на 1 -1,5 см. Иногда при этих условиях толчок становится неощутимым. Смещаемость верхушечного толчка резче и чаще наблюдается у астеников, а всего сильнее у бывших раньше полными, но похудевших лиц. Легкая смещаемость сердца при возбудимой нервной системе может вызывать неприятные ощущения.
От смещаемости верхушечного толчка, связанной с переменой положения, следует отличать стойкие перемещения верхушечного толчка, которые могут зависеть от изменения самого сердца или окружающих его органов. При увеличении и гипертрофии левого желудочка сердца верхушечный толчок сдвигается влево (до аксиллярной передней и даже средней линии) и одновременно вниз (в VI и VII межреберные промежутки). При увеличении и гипертрофии правого желудочка сердца увеличивается ширина сердечного толчка — до того, что сотрясается почти вся соответствующая сердцу площадь.
Из соседних органов на положение верхушечного толчка больше всего влияет положение диафрагмы. Увеличение давления в брюшной полости (беременность, асцит, метеоризм, опухоли) поднимает диафрагму, вызывая так называемое высокое стояние ее. Давление снизу на сердце сказывается главным образом на верхушке сердца, основание же его смещается мало. Поэтому длинная ось сердца и верхушка его сдвигаются, как переводимая назад с 5 часов на 3 часа стрелка часов — не только вверх, но и влево. При опускании диафрагмы (после родов, операций) верхушечный толчок опускается вниз и вправо. Деформации самой грудной клетки смещают верхушечный толчок самым различным образом. Заболевания органов дыхания могут резко изменить положение сердца и, стало быть, верхушечного толчка. Так, увеличение давления в плевральной полости (выпот, пневмоторакс) сдвигает сердце и верхушечный толчок в здоровую сторону; плевро-перикардиальные спайки и сморщивающий процесс (туберкулез) в ткани легкого оттягивают сердце в больную сторону. Из приведенных данных видно, насколько сложна физиологическая основа простого пальпаторного ощущения верхушечного толчка.
Сила верхушечного толчка зависит от толщины кожного покрова в предсердной области и от силы сокращения желудочков сердца, главным образом левого, но при гипертрофии правого желудочка — преимущественно от его силы сокращения. Сила верхушечного и сердечного толчков зависит также от степени сопротивления во впереди лежащем отрезке сосудистой сети. При хорошей силе мышцы, но большом сопротивлении (клапанный порок, сужение просвета сосудов) сила тратится на преодоление сопротивления внутри сети. Поэтому сила толчка не всегда является показателем полезной работы сердца.
При спайках в области верхушечного толчка с грудной клеткой или с окружающими тканями при каждой систоле сердца могут втягиваться внутрь межреберные промежутки; такой верхушечный толчок называют отрицательным.
Пальпация брюшной полости. При пальпации брюшной полости нередко (при дряблой брюшной стенке) прощупывается нормальная брюшная аорта (иногда с отходящими от нее аа. iliacae) слева от позвоночника в виде эластичного пульсирующего тяжа. При склерозе брюшной аорты она определяется уплотненной, расширенной и дугообразно изогнутой. Иногда можно уловить аневризматическое расширение ее.
Пальпаторное исследование печени при обследовании сердечнососудистого больного имеет весьма большое значение. Являясь как бы продолжением правого предсердия, не отделенным от него клапанами, печень очень рано реагирует на нарушение работы правого желудочка. Кровь, которая не может быть перегнана через малый круг в левую половину сердца, в первую очередь задерживается в печени. Печень увеличивается в размерах, нижний край ее опускается, и печень становится болезненной при пальпации благодаря растяжению глиссоновой капсулы. Быстрота и интенсивность развития симптомов зависят от быстроты падения силы сердца. При относительно медленном развитии сердечной недостаточности больные чувствуют тяжесть в правом подреберье; пальпаторно печень болезненна. При острой недостаточности правого желудочка, например при тромбозе правой коронарной артерии, боли наступают так внезапно и бывают настолько интенсивны, что у больных часто предполагают приступ желчной колики, прободение язвы желудка и т. п. Такую печень из-за резкой болезненности трудно пальпировать. Объективно при подострой и хронически развивающейся недостаточности сердца пальпацией определяется снижение края печени; край становится несколько более закругленным, оставаясь сравнительно мягким. При длительных или часто возвращающихся декомпенсациях в печени происходит усиленное развитие соединительной ткани. Печень остается большой, но становится значительно более плотной и безболезненной — развивается сердечный цирроз печени. При большом застое недавнего происхождения широким нажимом на печень можно иногда вызвать набухание яремных вен. При недостаточности трикуспидального клапана при сохранившейся силе правого желудочка можно, охватив край печени рукой, уловить пульсацию печени; волна крови идет через правое предсердие, нижнюю полую вену и печеночные вены. Эта пульсация называется венным пульсом печени. Отличием настоящего печеночного пульса от передаточной пульсации является расширение печени во всех направлениях. Передача через печень пульсации аорты сдвигает орган только в одном направлении.
Артериальный пульс. С определения пульса, т. е. с пальпации одной из периферических артерий, обычно начинается объективное исследование сердечно-сосудистого больного, так как оно дает врачу необходимые ему ориентировочные сведения о степени достаточности и работоспособности сердца. Пульс обычно определяется на лучевой артерии у периферического ее конца, у основания большого пальца. Пульс можно исследовать и на других артериях, но для этого нужны следующие условия: 1) артерия должна лежать поверхностно, непосредственно под кожей; 2) под артерией должна быть твердая подкладка — кость; 3) артерия должна быть доступна для пальпации на достаточном протяжении. В отдельных случаях пользуются пальпацией височной, задней большеберцовой, артерии тыла стопы и других артерий, но все же наиболее удобной является лучевая. Пульс на обеих руках может быть неодинаков благодаря аномальному положению одной из лучевых артерий или благодаря одностороннему патологическому процессу в грудной клетке. Поэтому необходимо исследовать пульс сперва одновременно на обеих руках, и только если разницы не отмечается — можно дальнейшее исследование проводить уже на одной руке. Кисть руки больного должна быть свободно, в слегка согнутом положении, захвачена рукой исследующего и должна помещаться на уровне сердца больного. На артерию лучше всего накладывать 2-3 пальца, а большим пальцем поддерживать кисть с тыльной стороны.
При исследовании пульса определяют следующие его свойства: 1) частоту, 2) ритм, 3) напряжение, 4) наполнение, 5) величину, 6) характер и форму, 7) состояние стенки сосуда.
Частота пульса, т. е. количество ощутимых подъемов в 1 минуту, определяется количеством систол левого желудочка за это время. Пульс может быть частым (pulsus frequens) или редким (pulsus rarus). Частота пульса зависит от ряда причин. Ведущей является сила и тренированность сердечной мышцы. У взрослого здорового человека частота пульса колеблется между 60 и 84 ударами в минуту. Хорошо тренированные спортсмены имеют при прочих равных условиях значительно более редкий пульс, иногда до 45-50 в минуту. Частота пульса у женщине в среднем несколько больше, чем у мужчин, — около 80-84 в минуту. Возраст влияет значительно отчетливее: у детей пульс значительно чаще до трехлетнего возраста он обычно выше 100 и затем постепенно урежается. Во сне и вообще в лежачем положении пульс становится несколько реже. Во время вдоха пульс немного учащается, во время выдоха замедляется. Резко учащается пульс при мышечной работе: так, если в спокойном состоянии пульс равен 70, то при ходьбе он достигает 100, а при беге до 150 ударов в минуту. Еще большее влияние на пульс может оказывать психическое возбуждение. Эндокринные воздействия особенно отчетливо выражены при базедовой болезни, где частота пульса доходит до 150 ударов в минуту.
При инфекциях частота пульса увеличивается обычно пропорционально высоте температуры. Повышение ее на 1 градус учащает пульс в среднем на 8-10 ударов в минуту. Отдельные инфекции, однако, не одинаково воздействуют в этом направлении: для брюшного тифа характерно ясное отставание частоты пульса от высоты температуры; при скарлатине и особенно при туберкулезе пульс учащается больше, чем это соответствует температуре. Употребление крепкого чая, кофе, а также курение ускоряют пульс. Повышение внутричерепного давления при туберкулезном менингите и опухолях мозга, раздражая центр блуждающего нерва, понижает частоту пульса.
Повышение частоты пульса называется тахикардией (tachis — быстрый), а замедление — брадикардией (bradis — медленный).
При заболеваниях сердца возможны случаи, когда не все сокращения левого желудочка настолько сильны, что вызывают пульсовую волну на периферии и некоторые волны до нее не доходят. В подобных случаях частота периферического пульса должна быть проверена аускультативно по тонам сердца. Разница между числом сердечных сокращений, определенных непосредственно на сердце и по пульсу, называется дефицитом пульса.
Ритм пульса является отражением ритма сокращений левого желудочка. С точки зрения этого своего свойства пульс может быть правильным (pulsus regulaiis) или неправильным (pulsus irregularis). При нарушении правильности ритма для детального определения типа неправильности лучше пользоваться аускультацией и инструментальными методами.
Некоторые виды аритмий все же хорошо улавливаются по пульсу при его пальпации. Сюда относятся: 1) дыхательная аритмия, при которой пульс в связи с дыхательными движениями то учащается (при вдохе), то замедляется (при выдохе); 2) экстрасистолия, при которой отдельные пульсовые волны, меньшие по своей величине, возникают ранее своего обычного времени (преждевременные сокращения) и сопровождаются более длительной паузой (компенсаторная пауза); 3) пароксизмальная тахикардия, при которой пульс приступами достигает такой частоты, какой не бывает ни при каких других заболеваниях (до 200 и более ударов в минуту); 4) мерцательная аритмия, при которой обращает на себя внимание полная неправильность пульса, причем отдельные пульсовые волны — разнообразной величины и следуют друг за другом без всякого порядка; 5) блокада сердца, т. е. нарушение проведения по пучку Гиса, которая может быть распознана по очень медленному (менее 40 ударов в минуту), правильному и не меняющемуся в своей частоте пульсу; 6) так называемый перемежающийся пульс (pulsus altemans), при котором правильно чередуются друг с другом сильная и слабая пульсовые волны.
Особую разновидность представляет собой pulsus paradoxus или pulsus respiratione intermittens, при котором во время вдоха пульс становится очень слабым или совсем исчезает. Pulsus paradoxus наблюдается при слипчивом медиастиноперикардите и при спайках перикарда с диафрагмой, затрудняющих систолу левого желудочка.
Напряжение пульса определяется сопротивлением артерии нажиму давящего пальца. Этим путем можно разграничить слабое, среднее и сильное напряжение. Пульс может быть твердым (pulsus durus) или мягким (pulsus mollis). Для получения сравнимых точных данных измерения напряжения пользуются инструментальным определением кровяного давления. Очень напряженный, почти не сжимающийся под давлением пальца пульс называется «проволочным» пульсом.
Наполнение пульса, т. е. наполнение пальпируемой артерии кровью, выбрасываемой сердцем в течение одной систолы желудочка, определяется колебанием разницы максимального и минимального объема артерии. Варьируя силу надавливания на артерию, можно уловить оба крайние состояния от спадения до наибольшего наполнения. Пульс, дающий ощущение обильного наполнения, называется полным пульсом (pulsus plenus), а противоположный ему — пустым (pulsus inanis).
Сложные взаимоотношения проталкивающей силы сердца и тонуса сосудов определяют конечный эффект работы сердечно-сосудистой системы, который по пульсу лучше всего характеризуется так называемой величиной пульса.
Величина пульса по сути дела есть самое важное его свойство для определения рабочей достаточности сердечно-сосудистой системы. В основном величина пульса складывается из его напряжения и наполнения. Пульс хорошего наполнения и напряжения — хорошей величины — называется большим пульсом (pulsus magnus), а при слабых наполнении и напряжении — малым пульсом (pulsus parvus). Очень слабый пульс называется нитевидным (pulsus filiformis).
Форма или характер пульса зависит от скорости и ритма нарастания и падения пульсовой волны, рассматриваемой отдельно. Скорость не следует смешивать с частотой, т. е. количеством ударов в 1 минуту. Скорость подъема пульсовой волны зависит от скорости систолы левого желудочка и величины встречаемого сопротивления. Скорость оттока зависит от степени расширения капиллярной сети, от целости аортальных клапанов и максимальной высоты давления.
Скорым (pulsus celer) называется пульс, при котором как высокий подъем кровяного давления, так и его резкое падение протекают в укороченные сроки. Наблюдается скорый пульс при энергичных сокращениях сердца, понижении периферического сопротивления и отсутствии задержки у аортальных клапанов в диастоле. Выраженный скорый пульс может наблюдаться как кратковременное преходящее явление при психогенном возбуждении сердечной деятельности. Длительно и более отчетливо наблюдается скорый пульс при гипертиреозе. Наиболее сильно выражен он при недостаточности клапанов аорты. При этом пороке кровь во время диастолы в значительном количестве отливает обратно в левый желудочек.
Пульс с очень замедленным подъемом и спадением пульсовой волны называется медленным (pulsus tardus). Он наблюдается при сужении устья аорты, так как при этом кровь протекает в аорту очень медленно, отток в капиллярную сеть начинается еще до окончания систолы желудочка, поэтому большого подъема кровяного давления не наблюдается: и подъем, и спуск пульсовой волны пологи и растянуты.
При пульсе низкого напряжения и достаточной высоты нередко вслед за главной пульсовой волной ощущается отчетливая вторая волна, которая как эхо следует за первой. Такой пульс называется дикротическим (pulsus dycroticus). Он часто наблюдается при брюшном тифе и других инфекционных заболеваниях. При частом пульсе вторая волна нередко приходится на подъем следующей основной волны. Такой пульс носит название анакротического (pulsus anacroticus). Происхождение дикротической волны обычно объясняют отражением волны крови от полулунных клапанов, после того как захлопывание их в диастоле вызвало небольшой обратный отток крови. Выраженность дикротической волны обратно пропорциональна напряжению сосудистой стенки: при гипертониях она мало или совсем не выражена, при расслаблении сосудистой стенки выражена ясно.
Определение характера стенки артерии также имеет , существенное значение. Лучевая артерия принадлежит к сосудам с выраженной мышечной оболочкой, тонус которой может быть чрезвычайно различен. При резко повышенном тонусе артерия становится узкой и плотной. Такое состояние наблюдается главным образом при нефрите, гипертонической болезни и т. п.
Обратное состояние чрезвычайно пониженного тонуса наблюдается при многих острых инфекциях (сепсис, сыпной тиф) и крайней степени достигает при коллапсе. При патологических отложениях (кальций) и при развитии склерозирующейся соединительной ткани в стенке сосудов (артериосклероз) при ощупывании ее отмечаются отдельные более плотные участки. В резко выраженных случаях артерия вся становится каменно-твердой, не пульсирует и не сжимается. Подобные изменения лучше всего определяются скользящей вдоль сосуда пальпацией.
Кроме всех указанных свойств пульса, необходимо обращать внимание на одинаковость пульса на обеих руках. Мускулатура рук и питающая ее сосудистая сеть редко бывают совершенно одинаково развиты справа и слева. Поэтому уже в норме у правшей величина пульса бывает несколько больше справа, а у левшей — слева. Разница эта обычно очень невелика. В патологических случаях может наблюдаться ясно заметная разница или в величине пульса, или во времени его появления. Подобный пульс называется разным пульсом (pulsus differens). Уменьшение наполнения пульса на одной руке может зависеть или от врожденных анатомических особенностей артерий, или от сдавления сосуда извне. В последнем случае необходимо проследить лучевую, плечевую и подключичную артерии. Причиной могут быть рубцы, опухоли, увеличения лимфатических узлов, опухоли средостения, зоб, аневризмы аорты, склероз ее в месте отхождения крупных ветвей, что ослабляет наполнение соответствующей артерии. При митральном стенозе увеличенное левое предсердие иногда давит на подключичную артерию, и пульс на левой руке, особенно при положении на левом боку, становится меньше (признак Попова)
Отставание во времени (запаздывание) пульса может объясняться развитием большой аневризмы на пути тока крови. При аневризме дуги аорты запаздывает пульс на левой руке.
Перкуссия
Перкуссия сердца. Перкуссия сердца имеет своей задачей определение величины, положения и конфигурации сердца и сосудистого пучка. О степени точности этого метода говорят сравнительные исследования перкуссией и орторентгенографией, которые показали, что при тщательной перкуссии в значительном большинстве случаев можно получить почти одинаковые данные с разницей не более 1 см.
Техника перкуссии. Необходимо удостовериться в отсутствии деформаций грудной клетки, так как они извращают получаемые перкуторные данные. Иногда при больших деформациях приходится даже отказаться от перкуссии. Не слишком слабых больных выгоднее перкутировать и в вертикальном, и в горизонтальном положениях. В вертикальном положении, благодаря главным образом опущению диафрагмы, сердечная тупость на 15-20% меньше, чем в горизонтальном. Наименее точные результаты дает перкуссия больного, сидящего на кровати с вытянутыми на ней (не спущенными) ногами. При этом положении диафрагма максимально смещает сердце. Кроме положения диафрагмы, большое значение имеет положение легочных краев. Поэтому перкутировать необходимо при поверхностном дыхании. В отдельных случаях нужно перкутировать дополнительно на высоте вдоха и выдоха. Перкутировать предпочтительно пальцем по пальцу, так как при этом параллельно получаются ценные пальпаторные ощущения. Перкутируемый палец нужно держать параллельно определяемой границе. Необходимо научиться получать при первой же перкуссии ясные границы тупости. При перкуссии от ясного звука к тупому не следует заходить за границу тупости. Перкутировать следует по межреберным промежуткам от легких к сердцу (от ясного звука к тупому). Полученные перкуторные границы полезно тут же зарисовать на коже больного дермографом и переводить на бумагу для сравнения и удобства измерений. Перкуссией нужно определять весь силуэт сердца, а не ограничиваться 3-4 избранными точками.
Определение величины сердечной тупости. Сердце прилегает к грудной клетке только меньшей частью своей передней поверхности. Между передней стенкой грудной клетки и сердцем с боков вдвигаются легкие. Площадь сердца, непосредственно прилегающая к грудной клетке, дает при перкуссии тупой звук и называется площадью «абсолютной», или «поверхностной, тупости», а часть передней поверхности сердца, прикрытая легкими, дает при перкуссии лишь притуплённый звук и называется «глубокой», или «относительной, тупостью».
Изменения величины абсолютной тупости зависят как от изменений самого сердца, так и в значительной степени от состояния легких. Поэтому значение этого определения меньше, чем определения относительной (глубокой) тупости, изменения которой зависят главным образом от изменения величины самого сердца.
Определение относительной сердечной тупости. Для этого обычно применяется средняя сила удара и никогда не применяется большая сила.
Перкуссию относительной сердечной тупости начинают справа, около III межреберного промежутка по парастернальной линии и, идя вниз, определяют в качестве опознавательного пункта верхнюю границу печеночной тупости. Непосредственно над нею начинают перкуссию справа налево по межреберью, пока не получится первое изменение перкуторного звука. У наружного по отношению к получаемой тупости края пальца ставится точка. Затем аналогичным путем определяют правую границу в следующих (кверху) межреберьях вплоть до первого. Соединяя точки, поставленные в каждом межреберье, получают контур правой границы относительной сердечной тупости. У здорового человека правая граница относительной сердечной тупости над границей печеноч-йой тупости отстоит от правого края грудины на 1-2 см. У верхнего края III ребра граница сворачивает внутрь и идет по правому краю грудины до I межреберья. С I по III межреберный промежуток вверху определяется наружный край верхней полой вены (в лежачем положении только она одна), а внизу (стоя) и край аорты. Ниже III ребра нерезко выраженная дуга соответствует краю правого предсердия.
При определении левой границы сердечной тупости предварительна пальпаторно находят место верхушечного толчка и затем перкутируют в соответственном межреберье от подмышечной линии кпереди до получения притуплённого звука (обычно перкуторная граница в этом месте совпадает с толчком). Затем перкутируют в следующих межреберьях, до первого включительно. У здорового человека левая граница относительной сердечной тупости расположена в I межреберье по левому краю грудины, ниже отклоняется постепенно влево, в III межреберье пересекает парастернальную линию и дальше опускается выпуклой кнаружи дугой до V межреберья, где она заканчивается на 1-2 см кнутри от средне-ключичной линии. Левая граница относительной сердечной тупости образована в I межреберье и на II ребре аортой, во II межреберье — легочной артерией, дальше на небольшом пространстве ушком левого предсердия и в
остальной части — левым желудочком.
Границы относительной сердечной тупости по отношению к передней срединной линии тела располагаются в среднем следующим образом: правая граница сердца в I, II и III межреберьях — на расстоянии 3 см, в IV межреберье — 4 см, левая граница в I и II межреберьях — 3 см, в III межреберье — 4 см, в IV и V межреберьях — 9 см. У лиц малого роста, астеников и женщин эти расстояния в III-IV межреберьях на 0,5-1 см меньше, у лиц большого роста и гиперстеников на 0,5-2 см больше.
Самостоятельной верхней границы относительной сердечной тупости не существует. На грудине она сливается с тупостью аорты, верхней полой вены и органов средостения, дальше влево переходит в отлого спускающуюся левую границу сердечной тупости.
Нижняя граница сердца перкуторно не определяется, так как сердце здесь соприкасается с диафрагмой и печенью.
Границы абсолютной сердечной тупости определяются тишайшей перкуссией такой силы, чтобы над тупостью почти не было звука. Абсолютная сердечная тупость, однако, не является «бедренной» тупостью; благодаря близкому соседству легких, желудка и толстых кишок сохраняется оттенок тимпаничности. Границы абсолютной сердечной тупости можно определять, идя от ясного легочного звука к тупому или от тупого тона к ясному, начиная в последнем случае перкуссию с центра несомненной абсолютной сердечной тупости.
Правой границей абсолютной тупости является левый край грудины от нижнего края IV реберного хряща вниз; от того же нижнего края IV реберного хряща почти под прямым углом влево идет верхняя граница, которая затем плоской дугой переходит в левую границу, у верхушечного толчка почти сливающуюся с левой границей относительной’ сердечной тупости.
Изменение границ сердечной тупости. Увеличение размеров сердца ведет к увеличению площади сердечной тупости. Однако обязательного параллелизма в изменении этих величин нет. Очень большое значение имеет состояние соседних органов. Диафрагма, будучи поднята повышенным давлением в брюшной полости (асцит, метеоризм, беременность, опухоли), вызывает увеличение сердечной тупости путем большего прижатия сердца к грудной клетке. Появление безвоздушных участков в легких (воспаление, туберкулез, опухоль, ателектаз), если они прилегают к сердцу, увеличивает размеры тупости, которая перкутирующему может показаться сердечной. Появление жидкости в плевральной полости ведет к тем же последствиям. Развитие опухоли в заднем средостении (лимфогранулема, рак и т.п.) придвигает механически сердце к передней стенке грудной клетки.
Увеличение размеров сердечной тупости, связанное с увеличением размеров самого сердца, мало зависит от гипертрофии сердечной мышцы, гораздо больше — от дилатации полостей. При гипертрофии толщина стенок должна увеличиться не меньше чем на 0,5 см, чтобы ее можно было определить путем перкуссии. Значительные увеличения размеров сердца зависят, несомненно, от дилатации. Ввиду того, что увеличение сердца в переднезаднем размере как бы придавливает его к передней стенке грудной клетки, абсолютная тупость увеличивается несколько больше, чем относительная, и границы их сближаются,, а интенсивность тупости увеличивается.
Уменьшение и даже исчезновение сердечной тупости зависит почти исключительно от изменений соседних органов. Малая тупость может наблюдаться при конституционально малом или висячем сердце. Из изменений соседних органов уменьшение сердечной тупости вызывают: 1) опущение диафрагмы, 2) увеличение воздушности легкого-(эмфизема), 3) пневмоторакс и 4) пневмоперикард, при последнем тупость заменяется тимпанитом.
Увеличение отдельных частей сердца вызывает изменения и величины и конфигурации тупости.
Увеличение левого желудочка при его гипертрофии и дилатации вызывает увеличение тупости влево и вниз (увеличивается длинник сердца). Благодаря этому тупой угол между левым желудочком и предсердием приближается к прямому.
Увеличение левого предсердия вызывает увеличение абсолютной тупости вверх до III ребра, а относительной — до II; тупой угол между предсердием и желудочком при этом увеличивается, стирается и даже иногда переходит в изогнутую кнаружи плоскую дугу.
На спине между нижней третью лопатки и позвоночником при большом увеличении левого предсердия можно иногда перкуссией установить сначала повышенную звучность тона, а затем его укорочению. При перкуссии левой подмышечной впадины можно (не всегда) определить те же изменения.
При небольшом увеличении правого желудочка увеличивается только абсолютная тупость, которая и в норме образована им одним. При большом увеличении правого желудочка увеличивается и относительная тупость вправо и незначительно влево.
Увеличение правого предсердия вызывает увеличение сердечной тупости вправо.
При накоплении жидкости в полости перикарда сперва появляется тупость справа в углу между абсолютной тупостью печени и такой же тупостью сердца. Позднее развивается тупость в области больших сосудов одновременно справа и слева, образуя характерную форму трапеции и с интенсивной абсолютной тупостью. В стоячем положении ширина тупости увеличивается.
При расширении восходящей части аорты справа во II межреберье появляется укорочение звука вплоть до тупости.
Неизмененное по величине и конфигурации сердце может сместиться т сторону, что вызывает смещение тупости. Оно наблюдается в следующих случаях: 1) при повышении давления в одной половине рудной клетки — при большом выпоте в плевральной полости, при большой опухоли легкого, пневмотораксе и 2) при развитии сморщивающего процесса в легких и плевре — при туберкулезе, остатках выпотного плеврита, раке и т. п. В первом случае сердце отодвигается в здоровую, во втором притягивается в больную сторону. Иногда, как врожденная аномалия, сердце помещается в правой половине грудной клетки — декстрокардия.
Перкуссия брюшной полости. Перкуссия брюшной полости дает указания на последствия ослабления сердечной деятельности. Наиболее важно определение 1) увеличения печени, 2) упорно держащегося метеоризма у лиц, прежде им не страдавших, и часто служащего ранним признаком начинающейся слабости сердца, 3) асцита.
Аускультация
Выслушивание сердца является наиболее ценным из физических клинических методов его исследования.
Методика аускультации сердца. Как правило, если это позволяет состояние больного, сердце нужно выслушивать последовательно и в лежачем (на спине) и в стоячем положении больного и после движений (гимнастики). Для того чтобы дыхательные шумы не мешали выслушиванию звуков, исходящих из сердца, перед его выслушиванием необходимо предложить больному сделать вдох, полный выдох и затем задержать дыхание в положении выдоха. Этот прием особенно важен для начинающих изучение аускультации. Нельзя, однако, слишком долго заставлять не дышать — это тяжело сердечному больному и может вызвать нарушения ритма. Уловление некоторых особенностей сердечного ритма (дыхательная аритмия) требует дополнительного выслушивания в обе фазы дыхания.
Ввиду того, что отдельные места выслушивания сердца расположены на очень близком расстоянии друг от друга, аускультация производится посредственным образом, стетоскопом, непосредственная же аускультация ухом применяется в исключительных случаях для дополнения посредственной.
Начинающим работать в клинике абсолютно необходимо с первых же шагов приучать себя к систематическому обращению внимания на все особенности звуковых явлений и пауз. Первой задачей является ориентирующее определение первого тона, так как с него начинается звуковой цикл сердечного сокращения. Затем в последовательном порядке выслушиваются все четыре отверстия сердца.
Места выслушивания. На грудную клетку клапаны и закрываемые ими отверстия проецируются следующим образом: 1) клапаны легочной артерии лежат за хрящом III левого ребра у самого края грудины и отчасти за нею; 2) клапаны аорты лежат за грудиной непосредственно ниже и глубже отверстия легочной артерии; 3) митральный клапан проецируется соответственно месту прикрепления к грудине хряща IV левого ребра; 4) трехстворчатый клапан лежит за грудиной почти посредине между местами прикрепления хрящей V правого и III левого ребер. Места проекции клапанов расположены очень скученно. Это мешает различать и разделять вызываемые их колебаниями звуки; поэтому путем опыта выделены более удобные места выслушивания, которые находятся на некотором расстоянии кнаружи от мест проекции. Наиболее отчетливо тон митрального клапана выслушивается у верхушки сердца, трехстворчатого клапана — на грудине справа против V реберного хряща, тон аорты — у края грудины во II правом и легочной артерии — во II левом межреберье.
Выслушивание начинают с верхушки сердца и переходят на аорту, на легочную артерию и на трехстворчатый клапан. При первом ориентировочном исследовании обычно переносят стетоскоп сразу с одного классического места выслушивания на другое. Чтобы проследить изменения нарастания или убывания силы тона или шума на расстоянии, переставляют стетоскоп по ходу кровотока (с небольшими промежутками).
У каждого исследуемого необходимо определить 1) силу или ясность тонов, 2) тембр тонов, 3) частоту их, 4) их ритм и 5) наличие или отсутствие шумов, а при их наличии — основные их свойства.
Тоны сердца. При выслушивании здорового сердца слышны два звука, периодически сменяющие друг друга. Звуки эти называются тонами, хотя с точки зрения физики ввиду периодичности звуковых колебаний правильнее было бы называть их шумами. Тонов два, и они разделены между собой беззвучными паузами. Выслушивая сердце на верхушке, мы слышим: 1) короткий более сильный звук-первый тон, 2) короткую первую паузу, 3) более слабый и еще более короткий звук — второй тон и 4) вторую паузу, вдвое более длинную, чем первая. У здорового человека тоны и паузы при 72-74 сокращениях в минуту образуют следующий хронологический ряд: первый тон-.0,11 секунды, первая пауза — 0,2 секунды, второй тон — 0,072 секунды, вторая пауза — 0,43 секунды. Ряд этот соответствует полному единичному циклу сердечного сокращения (revolutio cordis). Указанные цифры могут и в норме колебаться в пределах ±10%.
Первый тон по сравнению со вторым 1) несколько длиннее, 2) ниже по своей тональности, 3) сильнее на верхушке, слабее на основании, 4) совпадает с верхушечным толчком. Начинающим изучение аускультации выгоднее всего ориентироваться для отличия первого тона от второго на короткую паузу, т. е. руководствоваться тем, что первый тон слышен перед ней, или, другими словами, короткая пауза следует за первым тоном. Если все же остается неясным, который тон первый (как это иногда бывает при частом ритме), нужно во время выслушивания приложить пальцы правой руки к месту верхушечного толчка (или к сонной артерии на шее). Тон, совпадающий с толчком (или с пульсом на сонной артерии), и будет первым. Нельзя определять первый тон по пульсу на лучевой артерии, так как последний запаздывает по отношению к первому тону сердца.
По происхождению первый тон представляет собой сложное звуковое явление. Его образуют: 1) замыкание и напряжение левых и правых предсердно-желудочковых клапанов и 2) напряжение мышечной стенки желудочков. Наибольшее значение имеет тон эластических колеблющихся клапанов — при их разрушении первый тон соответственного желудочка выпадает. Первый тон возникает в начале систолы в период замкнутых клапанов. Так как напряжение больших сосудов происходит уже в период опорожнения, то участие их в происхождении нормального первого тона большинством авторов отрицается. Систола предсердий в норме аускультативно не проявляется, хотя некоторые авторы признают участие сокращения предсердий в образовании первого тона.
Второй тон зависит исключительно от замыкания и напряжения полулунных клапанов больших сосудов и отмечает начало диастолы.
В норме сокращения правого и левого сердца настолько синхроничны для нашего уха, что на звуковом единстве воспринимаемого нами тона это не отражается. Таким образом тоны вызываются прежде всего замыканием клапанов.
Помимо только что описанных двух несомненных и общепризнанных сердечных тонов, некоторыми авторами признается также существование третьего тона сердца.
Третий тон сердца в противоположность двум основным тонам не имеет постоянного характера, значительно слабее их и является не столько звуковым, сколько осязательным феноменом. Он воспринимается в виде слабого, низкого и глухого звука в начале диастолы через 0,1 — 0,2 секунды после второго тона, будучи как бы его эхом. Как полагают, он вызывается быстрым растяжением расслабленной стенки желудочков током крови, изливающейся из предсердий. Гораздо чаще и легче, чем выслушиванием, третий тон сердца выявляется графической записью сердечных звуковых явлений (кардиофонограмма). Выслушать же третий нормальный тон сердца обычно удается только при соблюдении ряда условий: 1) при непосредственном выслушивании ухом у верхушки сердца на месте толчка (чем обеспечивается восприятие и осязательного ощущения); 2) у детей и лиц молодого возраста; 3) при выслушивании в лежачем положении, особенно на левом боку, и при выдохе; 4) в первые моменты замедления сердечных сокращений при переходе исследуемого лица из стоячего положения в лежачее. Но и при этих условиях, будучи уловлен, этот тон скоро (обычно через несколько минут) снова исчезает. В силу этого непостоянства нормальный физиологический характер третьего тона сердца не является общепризнанным.
Сила или ясность тонов. При выслушивании тонов здорового сердца они на всех отверстиях слышатся совершенно отчетливо и ясно. Начинающему изучать аускультацию необходимо в начале работы выслушивать возможно больше здоровых людей, чтобы составить себе слуховое представление о силе и ясности тонов нормальных сердец, индивидуально всегда, конечно, в этом отношении несколько различных.
Изменение силы и ясности сердечных тонов может идти в сторону усиления или ослабления этих свойств, причем изменения могут слышаться или на всем сердце одновременно, или на отдельных отверстиях в клапанах. Причины изменения силы тонов могут лежать в самом сердце или в окружающих органах и тканях.
Уменьшить силу и ясность всех тонов на всем сердце может прежде всего увеличенная толщина передней стенки грудной клетки и ее патологические изменения — отек, ожирение., у женщин очень большие грудные железы; из поражений соседних органов — прежде всего эмфизема легких, выпотной плеврит и перикардит.
Понижение силы и ясности тонов сердца при поражении самой сердечной мышцы наблюдается при острых миокардитах и при кардиосклерозах. Так как мышца сердца участвует в образовании только первого тона, то ее изменение и отзывается преимущественно на нем. Ослабленные тоны с пониженной ясностью называются также приглушенными, а в более выраженных случаях — глухими.
Более ясными и усиленными прослушиваются всё тоны сердца при общем похудании, при ретракции краев легкого, при физических напряжениях, при нервном возбуждении, при базедовой болезни и при некоторых интоксикациях, например кофеином.
Изменение силы и ясности отдельных тонов сердца имеет большее значение, так как причина этого изменения: всегда лежит в самом сердце. При неизмененных клапанах характер первого тона зависит от свойств мышцы, от быстроты и силы ее сокращений. Ясный отчетливый тон при прочих равных условиях говорит за нормальную систолу, а глухой и слабый — за слабые сокращения желудочков. Это положение правильно для большинства случаев, но в отдельных случаях (атеросклеротический кардиосклероз) тоны могут быть ясный при значительных анатомических изменениях мышцы.
Сила первого тона тем больше, чем сокращение желудочка протекает быстрее и чем меньше наполнение его к началу систолы. Подобные условия создаются при стенозе митрального отверстия, а также иногда при экстрасистолии. Короткий усиленный первый тон при стенозе называется «хлопающим».
Ослабление первого тона наблюдается значительно чаще, чем его усиление. Оно встречается: I) при разрушении или обезображивании митрального или трехстворчатого клапанов при эндокардите и его последствии — пороках, причем ослабление тона может дойти до полного его исчезновения; 2) при недостаточности аортальных клапанов (не всегда) вследствие того, что благодаря сморщиванию аортальных клапанов у желудочка нет периода замкнутых клапанов, нет достаточной быстроты напряжения и полость левого желудочка кроме того перерастянута притоком крови с двух сторон; 3) при остром миокардите, миодистрофии и кардиосклерозе в связи с ослаблением сердечной мышцы; 4) при гипертрофии мышцы, несмотря на большую силу сокращений, вследствие меньшей быстроты и степени напряжения желудочка к концу диастолы; 5) иногда при потере тоничности на чисто нервной почве (ваготония). Изменения первого тона более часто и более отчетливо наблюдаются при поражениях левого сердца, как более сильного.
Усиление второго тона на аорте наблюдается: 1) при повышении кровяного давления в большом кругу (воспаление почек, гипертоническая болезнь, нефросклероз); этот сильный и короткий тон называется акцентуированным — «акцент II тона на аорте»; 2) при старческих и атеросклеротических изменениях аортальных клапанов — не всегда (у стариков усиление второго тона не всегда является признаком патологического процесса); 3) при сифилитическом аортите, причем второй тон приобретает особый звонкий металлический оттенок, так называемый clangor (clango-звеню); этот оттенок, впрочем, иногда бывает и при атеросклерозе; 4) кратковременно при эклампсии, свинцовой колике, психическом возбуждении и при физической работе, как проявление повышенного артериального давления.
Ослабление второго тона аорты наблюдается при разрушении полулунных клапанов ее и при надклапанном сужении устья аорты.
Усиление второго тона легочной артерии чаще всего указывает на повышение кровяного давления в малом кругу. Причины его могут быть разнообразны: 1) пороки левого сердца (особенно стеноз левого предсердно-желудочкового отверстия), вызывающие застой в малом кругу; 2) поражения легких, уменьшающие общий просвет капиллярной сети малого круга, как, например, эмфизема, туберкулез, большие плевральные экссудаты, пневмонии. Определение акцента на втором тоне легочной артерии может представить иногда значительные трудности. Оно производится обычно путем сравнения силы вторых тонов на аорте и легочной артерии. При этом нужно помнить об изменении этих тонов в связи с возрастом, в детском и юношеском возрасте второй тон на легочной артерии, как правило, сильнее второго тона на аорте, в среднем возрасте сила этих тонов одинаково; и, наконец, в старческом возрасте второй тон аорты становится сильнее второго тона легочной артерии. Если при выслушивании вторых тонов на обычных местах не удастся уловить разницы в их силе, выслушивают снова, отступя от грудины с каждой стороны на одинаковое расстояние (2-3 см). При этом условии усиленный (акцентуированный) тон легко улавливается.
Тембр тонов. При выслушивании и оценке тонов сердца нужно, помимо указанных уже свойств, обращать внимание еще и на качество, характер звука, на его тембр. Тембр тона зависит от примеси к основному тону обертонов. Он не зависит от интенсивности и, следовательно, высоты основного тона. По тембру различаются более мягкие и глухие тоны, с одной стороны, и более резкие и звонкие, с другой. К первым относятся, например, тоны при поражениях миокарда, в частности так называемый бархатный тон при острых эндокардитах, ко вторым — «металлические» тоны при условиях повышенного резонанса в наполненных воздухом полостях (желудок, плевра) или при резко выраженном уплотнении клапанов (атеросклероз).
Частота или темп тонов. Частота сердечных сокращений колеблется очень широко — от 30 ударов и ниже при блокаде до 300 в минуту при, пароксизмальной тахикардии. Нормальной частотой является 60-80 ударов в минуту у взрослого мужчины и несколько чаще у женщины. Индивидуальные колебания очень велики.
Темп сокращений сердечной мышцы зависит от состояния самой мышцы, состояния ее проводящей системы, от вегетативной нервной системы, от центральной нервной системы, от эндокринных желез и т. д. Очень важно влияние вегетативной нервной системы. Симпатический нерв ускоряет темп, парасимпатическая система (блуждающий нерв) замедляет. Темп сокращений у здорового человека меняется в течение суток: ночью (во сне) он ренте, днем чаще. Работа, психическое возбуждение, прием пищи учащают темп сердечных сокращений.
Ускорение работы сердца — тахикардия — есть одна из наиболее обычных реакций его на внешние и внутренние раздражения. Механизм появления тахикардии в громадном большинстве случаев сводится к раздражению синусового узла (узла Кизс-Флека) через вегетативную систему пли непосредственно химико-физическими раздражителями. Так как этот вид тахикардии возникает в обычном, законном месте, то синусовые тахикардии и называются номотопическими или номотонными. Меньшая часть тахикардии возникает вне синуса, гетеротропно, и включает в себя прежде всего так называемую пароксизмальную тахикардию с очень характерной симптоматологией. Всякая более или менее длительная, хотя бы и мало выраженная, синусовая тахикардия должна наводить мысль на возможность сердечной слабости, ибо понижение силы сердечной мышцы в первую очередь проявляется учащением темпа. Ослабление сердечной мышцы ведет к уменьшению систолического объема выбрасываемой крови, а тахикардия является одним из первых способов для сохранения жизненно необходимого минутного объема. Падение кровяного давления любого происхождения (интоксикация, инфекция, шок, острая кровопотеря) также ведет к развитию синусовой тахикардии
Брадикардией называется замедление сокращений сердца ниже 60 ударов в минуту. Длина систолы при этом остается почти неизмененной, замедление же темпа идет почти целиком за счет увеличения диастолы. Механизм брадикардий разнообразен. Значительное большинство брадикардий падает на «вагусные» брадикардий. Последние являются следствием повышенного длительного перераздражения центра блуждающего нерва или самого нерва на его протяжении. Для исключения брадикардий вагусного происхождения применяют пробу с атропином. Введение подкожно достаточной дозы (несколько миллиграммбв) сернокислого атропина уже через 10-20 минут переводит вагусную брадикардию в незначительную тахикардию. Брадикардия может быть конституциональной: многие здоровые люди имеют постоянно пульс не чаще 50 ударов в минуту. Брадикардия наблюдается при микседеме, из инфекций — при брюшном тифе, гриппе, дифтерии, при отравлении опием, наперстянкой, пилокарпином, свинцом, при уремии. Брадикардия может быть вызвана раздражением центра блуждающего нерва при сотрясении мозга, кровоизлиянии в мозг, повышении внутричерепного давления опухолями, менингитом, острым подъемом кровяного давления (при свинцовой колике и остром нефрите).
Ритм сердечной деятельности и ритм тонов. Ритмом вообще называется повторение или чередование тех или других явлений в определенной и закономерной последовательности. Понятие ритма наиболее разработано в музыке, основой которой он является. В понятие ритма входят представления: 1) о размере повторяющегося явления, 2) о темпе, т. е. о быстроте повторений и 3) о правильности их (ритмичность в тесном смысле слова).
Сердечный ритм обусловлен повторением сердечных циклов. Для определения размера сердечного ритма важно взаимоотношение сердечных фаз, т. е. систолы и диастолы внутри каждого сердечного цикла и, следовательно, взаимоотношение сердечных тонов и разделяющих их пауз. Размеры сердечного ритма с его двумя основными тонами и двумя паузами укладываются, согласно музыкальной терминологии в рамки так называемых простых, двух- и трехчетвертных размеров.
Темп сердечного ритма. Если в музыке темп и размер ритма е значительной мере независимы друг от друга, то в сердечной деятельности темп играет большую, часто определяющую роль. При изменении темпа непременно изменяется и размер, изменяются соотношения длительности тонов и особенно пауз внутри такта. При определенной частоте сокращений сердца размер сердечного цикла путем укорочения диастолы переходит на такт в две четверти. Подобное укорочение диастолы является неблагоприятным фактором в гемодинамике, так как при этом уменьшается диастолическое наполнение желудочка и систолический объем выбрасываемой крови.
Правильность сердечного ритма — ритмичность характеризуется строго периодическим чередованием одинаковых по своему размеру сердечных циклов. При полной ритмичности сердечной деятельности мы говорим о правильном ее ритме — об эйритмии. Всякое отклонение от правильного ритма сердечных сокращений называется аритмией. Особый вид аритмии составляют случаи, когда неодинаковые по размеру такты образуют комплексы из 2-3 и более тактов и когда эти сложные комплексы идут в определенном порядке — аллоритмия («ритмированная аритмия»).
Расщепление и раздвоение тонов. Тоны сердца имеют, как сказано выше, только кажущуюся акустическую цельность, на самом деле они цельнослитны из синхронных звуковых явлений разного происхождения. Отсюда ясно, что при известных (физиологических или патологических) обстоятельствах эта синхронность может нарушиться, и звуки, прежде слитные, распадутся на составные части благодаря появлению более или менее уловимых пауз между ними. В результате, располагая тоны в последовательном порядке по возрастающей степени нарушения синхронности, мы получим следующий ряд: удлинение тона — расщепление тона — раздвоение тона — трехчленный ритм.
Расщепление или раздвоение второго тона на основании сердца происходит при изменении нормального соотношения кровяного давления в аорте и легочной артерии. При этих условиях полулунные клапаны этих двух больших сосудов захлопываются не одновременно: чем меньше диастолическое наполнение данного желудочка, тем короче его систола, тем раньше наступает захлопывание полулунных клапанов соответствующего большого сосуда. Так бывает в левом сердце при митральных пороках, особенно при митральном стенозе, в правом — при пороках трехстворчатого клапана. Сначала тон удлиняется, затем расщепляется, далее он раздваивается и, наконец, может перейти как бы в трехчленный ритм — «ритм перепелки». Диастолическая фаза при этом, однако, не укорочена, основной ритм в три четверти не нарушается, что отличает ритм перепелки от ритма галопа в две четверти. Расщепление второго тона лучше всего выслушивается у основания сердца слева в III и IV межреберьях.
Расщепление первого тона может наблюдаться как физиологическое явление в конце вдоха, особенно после физических напряжений у совершенно здоровых лиц. В патологических условиях оно чаще всего связано с изменениями (дистрофией) сердечной мышцы. При обычном пресистолическом расщеплении первого тона перед самым первым тоном появляется третий, сравнительно очень глухой тон. Одни авторы относят его за счет преждевременного сокращения предсердий, другие — за счет расщепления клапанного и мышечного компонентов первого тона, третьи — за счет неодновременного сокращения желудочков.
Маятникообразный ритм. Нарушение соотношения фаз внутри сердечного цикла наблюдается главным образом за счет укорочения диастолы. В начальных стадиях ритм еще близок к трехчетвертному. При дальнейшем усилении этого изменения диастола все больше укорачивается, и, наконец, становится равной короткой (первой) паузе, и ритм переходит в двухчетвертной. Этот ритм называется маятникообразным. Укорочение длинной паузы наблюдается при ослаблении сердечной мышцы, как анатомически измененной, так и потерявшей тоничность. Указывая на тяжелое поражение мышцы, маятникообразный ритм является неблагоприятным признаком. Маятникообразный ритм при наличии быстрого темпа и акцентуации первого тона называется эмбриокардией, так как напоминает ритм сердцебиения плода. Частота сокращений при этом доходит до 120 в минуту и больше.
Ритм галопа. Если при учащенном и маятникообразном ритме — выслушивается добавочный третий тон сердца, возникает своеобразный ритм, называемый по его звуковому сходству с галопом скачущей лошади ритмом галопа. Этот добавочный тон по своему местоположению в сердечном цикле, а именно в диастоле, соответствует так называемому третьему нормальному тону сердца и является таким образом как бы патологическим его эквивалентом. От ритма галопа нужно строго отличать сходные с ним акустические феномены – галопо образные ритмы. Они возникают в связи с расщеплением и раздвоением основных тонов сердца при сохранении обычного сердечного ритма с размером в три четверги и без наличия тахикардии. Ритм же галопа всегда связан е маятникообразной тахикардией и потому имеет размер в две четверти.
В зависимости от частоты сердечных сокращений и, следовательно, от длительности диастолы третий тон при ритме галопа при выслушивании может восприниматься то как протодиастолический, то как мезодиастоличеекий, то при резко выраженной тахикардии как пресистолический.
Ритм галопа наблюдается, как правило, при резко выраженных и часто уже необратимых изменениях сердечной мышцы с значительным понижением ее тонуса, особенно при инфаркте миокарда и при сердечной недостаточности у гипертоников и хронических нефритиков. В этом заключается и семиологическое и весьма серьезное прогностическое значение ритма галопа.
Определяется ритм галопа лучше всего слева в III и IV межреберьях и на верхушке. При непосредственном выслушивании ухом ритм галопа улавливается лучше, хуже — твердым стетоскопом и очень плохо — мягкими стетоскопами. Это объясняется тем, что он часто сопровождается осязательным ощущением как бы толчка, который и воспринимается при непосредственной аускультации.
Шумы сердца. При обычных нормальных условиях кровотока тоны сердца, будучи по существу составными, дают все же акустическое впечатление единства звука. Это происходит потому, что фактор, который вызывает основную часть тона (захлопывание клапанов), одномоментен. При патологических состояниях создаются условия для повторных многократных колебаний — для возникновения шумов.
Основными моментами в механизме образования шумов являются изменения в величине отверстий сердца и изменения в скорости тока крови. Кроме того, возникновение шумов может зависеть от изменения свойств и состава крови, а иногда, вероятно, и от неровностей эндокарда клапанов и от неравномерных уплотнений стенок сосудов.
Изменение отверстий сердца — их сужение и расширение — в свою очередь зависит от изменений или клапанного их аппарата, или фиброзно-мышечного их кольца. В том и другом случае изменения эти могут быть анатомическими, органическими (сморщивание, разрушение, сращение клапанов, необратимые изменения папиллярных мышц клапанов, циркулярных мышц отверстий сердца и т п..) или функциональными, неорганическими (например колебания в тонусе этих мышц с явлениями их пареза или спазма).
Изменения скорости тока крови — ускорение его — зависят главным образом от повышения возбудимости и усиления деятельности сердца и. наблюдаются чаще всего в молодом возрасте при повышении общей нервной возбудимости, при лихорадочных заболеваниях и т. п.
Изменения крови, благоприятствующие возникновению шумов, сводятся к более или менее значительной анемии и связанному с ней разжижению крови и уменьшению ее вязкости. В связи с этим облегчается движение и происходит ускорение тока крови.
Изменения поверхности эндокарда и стенки сосудов, как причина образования шумов, наблюдаются главным образом при атеросклерозе в пожилом возрасте.
Виды шумов. Шумы принято делить на органические и неорганические, или функциональные. К первым относятся все шумы, возникающие на почве органических, патолого-анатомических изменений в сердце, захватывающих его клапанный аппарат (створки, сухожильные нити, папиллярные мышцы), нарушающих нормальную величину отверстий или поражающих сердечную мышцу. Ко вторым относятся все шумы, образующиеся в сердце без видимых анатомических изменений.
Органические шумы наблюдаются главным образом при пороках клапанов сердца. При всех видах пороков механизм возникновения шумов по сути дела одинаков: прохождение крови через суженное отверстие в обычном или противоположном направлении. При этом возможны два варианта изменений в области отверстий, соединяющих полости сердца между собой или с большими сосудами: 1) сужение отверстия, затрудняющее переход крови в следующий отдел (стеноз отверстия), и 2) невозможность для клапанного аппарата закрыть полностью отверстие для прекращения обратного оттока крови (недостаточность клапанов).
При наличии сужения и при обязательном условии достаточной силы сердца в расширенной впереди сужения полости того или иного отдела сердца или сосуда возникает круговое движение крови и последовательное колебание их стенок. Если величина отверстия остается постоянной и сила убывает, то шум ослабевает, и наоборот, шум усиливается с повышением силы сердечной мышцы. При постоянной силе сердца шум ослабевает с увеличением отверстия.
Функциональные шумы появляются при инфекциях, интоксикациях, анемиях и эндокринных расстройствах. Они возникают либо в связи с нарушением питания или иннервации папиллярных мышц или мышечных волокон, окружающих предсердно-желудочковые отверстия, вследствие чего клапан неплотно закрывает соответственное отверстие, либо в связи с изменениями скорости кровотока или состава крови. Функциональные шумы по большей части отличаются от органических своей локализацией (чаще всего на легочной артерии и затем на верхушке), своими акустическими свойствами (почти всегда слабые, нежные, дующие), длительностью (короткие), изменчивостью (от физических и психических воздействий, перемены положения тела — обычно усиливаются в горизонтальном положении) и своим преходящим характером (уменьшение и исчезновение по мере улучшения общего состояния, уменьшения малокровия и пр.).
К функциональным же шумам нужно отнести иногда выслушиваемый пресистолический шум при недостаточности аортальных клапанов — так называемый пресистолический шум Флинта (Flint). Прохождение его объясняется двояко; он возникает или потому, что кровь из аорты течет через относительно узкое отверстие в резко расширенный желудочек, или потому, что обратный ток крови приподнимает переднюю створку митрального клапана и суживает таким образом предсердно-желудочковое отверстие, создавая относительный искусственный митральный стеноз.
Промежуточное положение между органическими и функциональными шумами занимают шумы относительной и мышечной недостаточности клапанов.
Шумом относительной недостаточности называют шум, зависящий от настолько значительного увеличения одного из отверстий сердца, что нормальные неизмененные клапаны не могут его полностью закрыть. Сюда относится, например, часто встречающийся систолический шум, выслушиваемый на двустворчатом или трехстворчатом клапане и появляющийся при чрезмерном расширении соответствующего желудочка на почве застоя в нем и ослабления сердечной мышцы.
Шумом мышечной недостаточности называют шум, вызываемый либо недостаточным сокращением папиллярных мышц, натягивающих створки клапанов, либо понижением тонуса мышечных волокон, окружающих и суживающих предсердно-желудочковые отверстия.
Условия для развития относительной и мышечной недостаточности клапана часто возникают одновременно. Оба вида недостаточности могут зависеть и от тяжелого органического поражения сердечной мышцы (и тогда шум по существу должен быть отнесен к органическим), и от временного понижения ее тонуса (такой шум может считаться функциональным).
Определив, что наблюдаемое звуковое явление есть шум, исследующий должен установить следующие его свойства: 1) отношение к фазам сердечной деятельности, 2) место наилучшего выслушивания и проводимость, 3) силу и изменчивость шума, 4) характер шума.
Отношение шума к фазам сердечной деятельности. Шумы, появляющиеся в первой малой паузе, называются систолическими, так как они соответствуют систоле желудочков. Первый тон при этом может сохраниться, но обычно отсутствует. Шум начинается вместе с тоном или вместо него при недостаточности предсердно-желудочковых клапанов и после тона с периода опорожнения — при стенозах устья больших сосудов. Так как изгоняющая сила сердца постепенно падает к концу систолы, то и шум, занимая всю систолу, постепенно ослабевает к концу ее. Если первый тон сохранен, а шум невелик, иногда едва слышен, то говорят о «нечистом тоне». Систолический шум выслушивается: а) при сужении устья аорты, б) при сужении устья легочной артерии, в) при недостаточности двустворчатого клапана, г) при недостаточности трехстворчатого клапана, д) при незаращении боталлова протока, е) при открытом межжелудочковом отверстии, ж) при склеротическом и люэтическом обезображивании стенок и аневризме аорты, з) при большинстве функциональных шумов.
Шум, появляющийся во второй большей паузе, во время диастолы желудочков, называется диастолическим. Он выслушивается: а) при недостаточности клапанов аорты, б) при недостаточности клапанов легочной артерии, в) при стенозе левого предсердно-желудочкового отверстия, г) при стенозе правого предсердно-желудочкового отверстия, д) при незаращении боталлова протока, составляя вторую половину шума.
Диастолические шумы представляют несколько вариантов. Отсутствие преграды между желудочком и соответствующим большим сосудом (недостаточность клапанов) вызывает с самого начала диастолы обратный отток крови под большим давлением из сосуда в желудочек; давление это довольно быстро уменьшается. Поэтому этот диастолический шум 1) начинается с самого начала диастолы, 2) к концу диастолы ослабевает, 3) часто занимает только начальную часть диастолы, почему и называется протодиастолическим (греч. protos — первый). Такого же затухающего характера бывает и шум при незаращении боталлова протока. Шум предсердно-желудочкового стеноза (почти всегда левого) имеет несколько разновидностей. Так как давление в малом кругу при стенозе резко повышено, то уже в самом начале диастолы может развиться протодиастолический шум, который постепенно затихает к снова — после небольшой паузы или без нее — усиливается перед появлением первого «хлопающего» тона. Этот появляющийся в конце диастолы, нарастающий до первого тона шум называется пресистолическим. Часто при митральном стенозе слышен только этот пресистолический, иначе теледиастоличесюий (греч. telos — конец) шум. Его появление обычно объясняется систолой гипертрофированного предсердия (при наличии суженного предсердно-желудочкового устья), поэтому при мерцании и трепетании предсердий он перестает выслушиваться. Иногда диастолический шум занимает только середину диастолы и называется мезодиастолическим (греч, mesos — средний).
Места наилучшего выслушивания и проводимость шумов. Шумы выслушиваются ее только в классических местах выслушивания тонов, но и на некотором расстоянии от них, особенно по пути кровотока. При стенозе устья аорты шум проводится в сонную и другие крупные артерии и даже выслушивается на спине на уровне I — III грудных позвонков. Шум недостаточности аортальных клапанов проводится, наоборот, к желудочку, т. е. влево и вниз, и место его наилучшего, наиболее ясного выслушивания переходит по этой линии на грудину, к левому ее краю, у места прикрепления III реберного хряща. В начальных стадиях поражения аортальных клапанов, например при ревматическом эндокардите, нежный диастолический шум, как правило, не выслушивается на обычном месте (второе межреберье справа), а только у левого края грудины в третьем или четвертом межреберье — в так называемой пятой точке. Шум при недостаточности двухстворчатого клапана проводится вверх до II межреберья или влево к подмышечной впадине. При недостаточности межжелудочковой перегородки шум распространяется поперек грудины слева направо.
Все шумы при проведении теряют в силе пропорционально квадрату расстояния; это обстоятельство помогает разобраться в локализации их. При наличии и недостаточности митрального клапана и стеноза устья аорты, мы, идя от верхушки по линии, соединяющей места их выслушивания, сперва будем слышать убывающий шум митральной недостаточности, а затем нарастающий шум аортального стеноза. Только пресистолический шум при митральном стенозе имеет очень небольшую сферу распространения; иногда он выслушивается на очень ограниченном участке.
Систолические шумы аортального происхождения (сужение устья, неровности стенки аорты и т. п.) хорошо выслушиваются в надгрудинной ямке. При значительном расширении левого предсердия систолический шум митральной недостаточности иногда выслушивается слева от позвоночника на уровне VI-VII грудных позвонков.
Сила шумов бывает очень различна — от едва уловимых опытным ухом до хорошо слышных на расстоянии. Некоторые больные слышат сами свои шумы, особенно — лежа, через подушку, била шума, как уже сказано выше, зависит от быстроты тока крови, определяемой силой сердца, и от узости отверстия. В крайних случаях — при очень малом и очень большом сужении отверстия — шумы слабы или неслышны. Наибольшую ценность имеет определение изменчивости силы шума с течением времени. Увеличение силы шума может зависеть от дальнейшего обезображивания клапана или сужения отверстия, новых отложений при эндокардите или от разрушения клапана. В таком случае нарастание силы шума явится дурным признаком. В других случаях усиление шума может зависеть от (нарастания силы сердечной мышцы, и тогда оно будет показателем улучшения. Разобраться в этих двух возможностях должны помочь другие клинические данные. При двойных пороках вышележащий по току крови может ухудшить условия кровотока для нижележащего и тем уменьшить силу шума, например резко слабеют шумы аортальных пороков при одновременном митральном стенозе.
Изменить силу шума можно и искусственно. По Мюллеру, вдыхательные движения при закрытых рте и носе усиливают шумы правого сердца и ослабляют шумы левого. Наоборот, выдыхательные движения при тех же условиях усиливают шумы левого и ослабляют шумы правого сердца. Плохо слышимый систолический шум на аорте (при аортите, артериосклерозе) можно усилить приемом Сиротинина-Куковерова. Для этого больной обе руки закидывает за голову и слегка расправляет грудь. Усиление шума объясняют натяжением связок, которыми задняя поверхность грудины соединена со средостением, вследствие чего изменяется напряжение сосудистой стенки и тем самым ее колебания. По другому объяснению усиление шума при этом зависит от удлинения сосудистого пучка и изменения конфигурации аортального отверстия.
Между силой шума и тяжестью поражения клапанов нет прямого соотношения. Например при очень большой недостаточности клапанов или при очень резком стенозе отверстия шумов может и не быть. Пороки, не дающие шумов, называются афоническими или немыми. Распознать их можно только на основании других признаков, характерных для данного вида порока.
Высота и характер шума, если они не меняются, редко имеют значение. По высоте ниже всех пресистолический стенотический шум, напоминающий шум отката морской волны при прибое, когда за волной катится галька. По характеру отличают дующие, пилящие, скребущие и тому подобные шумы.
Иногда шумы имеют характер музыкальных. Они напоминают сухие свистящие хрипы в бронхах малого калибра, свист и т. п. Интенсивность их колеблется, обычно ослабевая с улучшением состояния.
Внесердечные шумы. Не все шумы, определяемые при выслушивании сердечной области, возникают внутри сердца и сосудов. Шумы могут возникать в связи с движениями сердца и в соседних органах — перикарде, плевре и легких.
Перикардиальные шумы выслушиваются главным образом на почве воспалительных явлений в перикарде, при туберкулезе с отложением фибрина или образованием высыпи, при инфаркте миокарда и т. п. Даже если перикардит быстро переходит в выпотной, обычно при лежачем на спине положении на грудине у III и IV межреберий продолжает выслушиваться шум трения перикарда. Шум трения перикарда очень характерен: 1) он или очень нежен, едва ощутим, или очень груб, царапает, при выслушивании непосредственно ухом вызывает даже иногда неприятные ощущения, так как слышится непосредственно под ухом; 2) шум связан с фазами сердечной деятельности, но не точно: с систолы переходит на диастолу и обратно — в систоле он обычно сильнее; 3) почти не обладает проводимостью; 4) изменчив по локализации и во времени; 5) при наклоне вперед, при стоянии на четвереньках и при надавливании стетоскопом шум усиливается.
Экстра- или ложно-перикардиальные (плевро-перикардиальные) шумы трения связаны с сухим плевритом прилегающих к сердцу, особенно слева, частей плевры. Сокращения сердца, увеличивая соприкосновение перикарда и плевры, способствуют появлению шума трения. Отличием от истинного перикардиального шума является выслушивание его только при глубоком дыхании, усиление во время вдоха и локализация преимущественно у левого края сердца.
Кардио-пульмональные шумы возникают в прилегающих к сердцу частях легких, расправляющихся во время систолы в связи с уменьшением объема сердца. Воздух, проникая в эти части легких, дает шум везикулярный по своему характеру («везикулярное дыхание») и систолический по времени.
Выслушивание артерий. У здорового человека можно слышать тоны на сонной и подключичной артериях. Как на сердце, на них часто выслушиваются два тона. Первый тон частично должен считаться проводным, частично образуется на месте выслушивания. Второй тон целиком проводится с полулунных клапанов. Если второй тон на аорте отсутствует (недостаточность аортальных клапанов), он не выслушивается и над артериями.
Сонная артерия выслушивается на уровне гортани с внутренней стороны m. sterno-cleido-mastoidei, а подключичная — с наружной его стороны, сразу над ключицей или же под ключицей в наружной ее трети. Выслушивание других артерий тонов не дает. При выслушивании стетоскопом ни в коем случае нельзя надавливать, он должен быть приложен легко, иначе просвет артерии суживается и появляется шум от сдавления.
При недостаточности клапанов аорты с выраженным скорым пульсом (pulsus celer) тоны могут выслушиваться и над артериями, где они обычно не выслушиваются, — над брюшной аортой, плечевой артерией, бедренной и др. Кроме того, тоны на периферических артериях могут возникать при резко выраженной гипертрофии левого желудочка и при базедовой болезни ввиду усиленной пульсации сосудов.
Кроме тонов, над артериями могут выслушиваться и шумы в следующих случаях: 1) проводные по току крови — при поражениях аорты — ее стенозе, атеросклерозе с обезображиванием внутренней поверхности и при аневризмах; 2) местные — при сжатии артерии извне (плевральными швартами вокруг подключичной артерии) или ее склеротическом стенозе или же, наоборот, при ее аневризме; 3) при недостаточности аортальных клапанов на бедренной артерии при небольшом сдавлении ее стетоскопом выслушивается двойной шум Дюрозье, в первой фазе вызываемый сдавлением стетоскопом, во второй — обратным током крови.
Выслушивание вен. Пользуются исключительно выслушиванием луковицы яремной вены (bulbus v. jugularis) над ключицей, чаще справа. Стетоскоп надо ставить очень осторожно во избежание шума от сжатия. Шум может быть слышен непрерывно почти вне зависимости от сокращений сердца. По характеру он музыкален и низок и называется «шумом волчка». Чаще всего он выслушивается при резко выраженном малокровии. Появляется он благодаря ускоренному протеканию крови с пониженной вязкостью через луковицу, стенки которой плотно прикреплены к окружающим тканям и представляют постоянное расширение кровяного русла. Особого значения этот шум не имеет, тем более что иногда наблюдается и у здоровых людей.